Ад

— Что тебе подарили? — невинно спросил Родислав.

— Только цветы.

— Как?! — картинно удивился он. — На двадцать пять лет — только цветы? Почему?"

"— Потому что я попросила, чтобы не дарили ничего, кроме цветов. Мне ничего не нужно, у меня все есть. А получать бессмысленные подарки, которые только занимают место и которые не знаешь потом, куда девать, я не люблю. Я предпочитаю цветы, это, по крайней мере, красиво, а красота никогда не бывает излишней.

— Тебя кто-нибудь проводил? — продолжал допрос Родислав.

— Меня проводили, — спокойно ответила Леля, ставя один из букетов в вазу. — Мама, где у нас еще вазы?

— На кухне, на полке, там же, где всегда, — отозвалась Люба. — А кто тебя провожал? Валера или Игорь?

— Ой, ну какая тебе разница, — в голосе Лели появилось раздражение. — Не Валера и не Игорь.

— А кто же?

— Ты все равно не знаешь.

— Так ты расскажи, тогда узнаю, — настаивала Люба, пряча улыбку.

— Это не интерес, а пошлое любопытство, — высокомерно ответила Леля. — Его зовут Стасик, если для вас это так важно. Ему двадцать четыре года. И он никто.

— То есть как — никто? — опешила Люба.

— Вот так, — Леля пожала плечами. — Никто. В литературе ничего не смыслит. Вообще читает мало. Он все больше компьютерами занимается, программист.

— Зачем же ты пригласила его на свой день рождения, если он такой скучный и пресный? — не скрывая ехидства, спросил Родислав.

— Подруга попросила разрешения прийти вместе с ним, Стасик — ее брат. Не могла же я отказать.

— То есть ты с ним только сегодня познакомилась?

— Нет, я с ним уже встречалась несколько раз, когда была у подруги в гостях. Мила сказала, что я ему очень понравилась, и он по мне сохнет, и не разрешу ли я привести его на день рождения.

Родислав с удовольствием смотрел на дочь: длинные волосы, стянутые на затылке в тяжелый старомодный узел, тонкое чистое лицо, большие серые, как у Любаши, печальные глаза, и вся она так напоминает тургеневскую барышню — в длинной юбке, простой белой кофточке и с накинутой на плечи шалью.