Близится буря

— Байкин, давай еще гранату на улицу, через боковое окно! Только не подставляйся!

— Понял!

Еще взрыв во дворе, противник хочет быть уверен в том, что там точно никого живого нет. Понятное желание, поскольку эти задние дворики здесь ни с одной точки не просматриваются. И тут же взрыв снаружи — это уже байкинская прилетела. Задела кого или не задела — ни малейшего представления. Но могла задеть, на это и расчет.

По ходу дела открыл барабан револьвера, пальцами вытащил израсходованные гильзы, на их место воткнул свежие патроны, потом скорозарядник заполнил, он у меня один.

Так, что дальше будут делать? Просто прижмут в доме или попытаются взять? Вообще этот угловой дом вместе со складом способен создать серьезную позицию, с которой обзор и обстрел всюду. А так получается, что мы половину этой позиции за собой удерживаем, а это значит, что нашим маршрутом, просто от порта, сюда могут подойти ополченцы, и отстреливаться пираты не смогут.

Есть, остатки стекла в окне посыпались, полезли к нам.

— Васька, давай назад, к стене! Сейчас гранаты полетят.

Васька послушно сдвинулся, а по полу первого этажа заскакало-покатилось что-то тяжелое. Я прикрыл уши, снизу бабахнуло, выдуло во все стороны облако тротилового дыма. Есть, вторая полетела!

Опять грохнуло, посыпалось стекло и бутылки — кажется, кранты кабаку. Через запах тротила запах вина пробиваться начал, плотный такой. К этому времени я выдернул гранату из подсумка у Васьки, рванул шнур и катнул ее тушку поближе к окну.

Там заорали панически — успели залезть в кабак, похоже.

— А, скотина, словил! — заорал я злорадно."

"Дым, треск внизу — заднюю дверь, что я закрыл, вынесло, переломив доски и раскидав по полу. Какая-то лихая темная фигура заскочила внутрь, попала под картечь из Васькиного дробовика, упала, как кувалдой битая. Потом выстрел откуда-то из нижнего зала, Васька только дернулся и осел в мою сторону по стене, на которой осталось огромное кровавое пятно — пуля из карабина прямо между глаз его ударила.

Рядом со мной оказался Байкин, пальнул куда-то, куда — я не видел, а я по ходу дела снял с Васьки две последние гранаты, сунул в свои открытые подсумки. Потом закинул револьвер в кобуру, отбросил в сторону винтовку, вооружился дробовиком, подняв его с пола возле убитого.