Благословение небес

Там вы пересядете в нашу карету и уже прямиком отправитесь домой.

Элизабет рассеянно кивнула, развернула письмо, прочитала его и в ужасе упала на стул.

«Элизабет, — писал дядя, — возвращайся домой немедленно. Белховен сделал тебе предложение. Нет смысла терять время в Шотландии, так как я все равно предпочту Торнтону Белховена». Очевидно, догадываясь, что она попытается потянуть время, он добавлял: «Если ты вернешься в течение недели, то сможешь принять участие в обсуждении условий брачного контракта. В противном случае я все решу сам, на что, как твой опекун, имею полное право».

Элизабет скомкала письмо и, чувствуя глухие удары своего сердца, с отчаянием смотрела на зажатое в кулаке письмо. Через открытую дверь она услышала какой-то шум во дворе, подняла голову и увидела Люсинду и Джейка Уайли. Элизабет подбежала к Люсинде, стараясь держаться подальше от огромного черного коня, который уже предупреждающе прижал уши.

— Люси! — с облегчением приветствовала она свою компаньонку, которая спокойно ждала, когда Джейк Уайли поможет ей спешиться.

— Минутку, Элизабет, — ответила невозмутимая Люсинда. — Что бы там ни было, это может подождать до тех пор, пока мы войдем в дом и удобно устроимся. Надо тебе сказать, у меня такое чувство, будто я родилась на этом коне. Ты и представить себе не можешь, чего нам стоило найти подходящих слуг…

Элизабет почти не слушала ее. Терзаясь от своей беспомощности, она подождала, пока Люсинда спустится с коня, войдет в дом и усядется на диван.

— Ну теперь, — сказала Люсинда, щелчком сбив соринку с юбки, — рассказывай. Что случилось?

Не замечая присутствия викария, который стоял у камина, удивленно и встревожено наблюдая за этой сценой, Элизабет вручила Люсинде письмо.

— Прочти. У меня такое впечатление, что он уже принял его предложение.

Прочитав письмо, Люсинда побледнела, затем на ее впалых щеках появилось два ярких пятна.

— Он согласился выдать тебя за дьявола, — процедила она сквозь зубы, — потому что у него есть деньги и титул.

— Я была уверена, что сумела оттолкнуть от себя Белховена, — чуть не плакала Элизабет, яростно терзая подол своего голубого платья. — Я сделала все, Люси, — все, что могла, и даже больше. — Волнение снова подняло ее на ноги. — Если мы поторопимся, то успеем вернуться до подписания контракта, и, может быть, мне удастся найти способ отговорить дядю Джулиуса.