Безжалостные клятвы

Ждала письма, которое нашло свой путь к ней.

Прах матери Айрис развеяла над полем Авалон-Блаффа, а для брата, как она решила, больше подойдет восток. Какое-нибудь место, вселяющее надежду, где много зелени и бесконечные холмы.

Тобиас отвез ее, Этти и Романа на несколько километров к северу от Оута. Он сказал, там есть такой холм, что когда стоишь на нем, кажется, будто ты один на всем белом свете.

Айрис взобралась на этот холм одна, неся урну с прахом Фореста.

Холм не был крутым, но после летних гроз на нем выросла высокая зеленая трава и густо цвели полевые цветы, припорошенные пыльцой.

– Кажется, будто я здесь уже была, – прошептала она ветру, вспомнив место, которое показала ей во сне Энва – богиня, которую Айрис, возможно, больше никогда не увидит, но которая до сих пор гуляет, замаскированная, по улицам Оута.

Айрис открыла урну.

Задержав дыхание, перевернула ее. Горящими от слез глазами она смотрела, как прах Фореста разносится ветром и становится частью земли.

Надвигалась очередная летняя гроза, и Айрис поспешила по тропинке обратно к дороге, где ждали Тобиас, Этти и Роман. Родстер блестел как свежеотчеканенная монета, несмотря на все вмятины, царапины и пятна дорожной грязи.

Айрис села на заднее сиденье с Романом, а Этти устроилась на переднем рядом с Тобиасом.

– Куда едем дальше? – спросил Тобиас, заводя мотор.

– Куда? – переспросила Этти. – Тобиас, начинается дождь.

– Эта машина выдержала столько гроз и спущенных шин, что и не сосчитать. – Он поймал взгляд Айрис в зеркале заднего вида. – А ты что скажешь, Айрис?

Она улыбнулась.

– Домой.

Тобиас развернул автомобиль и переключил на вторую передачу. Они понеслись по дороге, оставляя позади гром и дождевые тучи.

Роман взял ее за руку и переплел ее пальцы со своими.

Айрис закрыла глаза, наслаждаясь теплом его ладони, тем, как ветер развевал ее волосы, как солнце ласкало лицо.

И на мгновение ей показалось, будто у нее выросли крылья.

55

Последнее слово

Год спустяАйрис стояла на коленях в огороде.