Безжалостные клятвы

С каждым предметом, который она оставляла, казалось, что эта старая оболочка расходится еще немного, пока она наконец не смогла дышать полной грудью. Девушка спокойно оставила диван и чайную чашку, служившую маме пепельницей. Буфет с потеками от оплывших свечей после стольких вечеров, проведенных без электричества. Картину на стене, которая пугала и портила настроение каждый раз, когда Айрис смотрела на нее.

Когда она вошла в комнату Фореста, в которой до него спала мама, обе коробки были полными.

– Давай найду еще одну коробку, – предложил Роман.

Он оставил входную дверь открытой, и Айрис слышала шум дождя. Вскоре в квартире повеяло сырой свежестью, и этот аромат успокоил сердце и руки Айрис, когда она начала перебирать вещи брата.

У Фореста их оказалось не слишком много. Когда спишь на диване в гостиной и делишь платяной шкаф с сестрой, поневоле приходится довольствоваться малым. Зато у изголовья его кровати стояла кожаная сумка через плечо.

Айрис со вздохом открыла ее и высыпала содержимое на кровать с неприятным чувством, будто роется без спросу в чужих вещах.

Из сумки выпало сложенное письмо. Желтый тетрадный листок с надписью «Цветочек» корявым почерком Фореста.

Айрис уставилась на письмо. Вдалеке громыхал гром. Когда сердце наконец успокоилось, она села с письмом на пол, чтобы прочитать его."

"Дорогая Айрис,

Должен признаться: меня навещает твоя подруга Сара. Точнее, я приглашаю ее оставаться на ужин. Поначалу я думал, что это ты попросила ее наведываться ко мне, пока ты в отъезде.

Еще одно признание: я ходил к врачу, как ты меня просила. Теперь я понимаю, что не следовало бояться своих шрамов. Не нужно было бояться рассказывать доктору о том, что со мной случилось. Не знаю, почему мне было так стыдно и стыдно до сих пор. Надеюсь, со временем это пройдет.

Может, когда-нибудь я обо всем напишу. Мне хотелось бы рассказать тебе все. Но пока что я доволен тем, что делюсь с тобой хотя бы этим.

Возвращайся поскорее, Цветочек. Не терпится тебя увидеть.

С любовью,

твой брат Форест

Только теперь она поняла, почему так долго не развеивала прах Фореста. Она ждала его слов.