Бездушный

Аршафа я, кстати, сегодня в городе так и не встретил, поэтому его доклад слушал внимательнее остальных. Собственно, в городе он сегодня не появлялся. Крутился по пригородам, выяснял настроения, налаживал связи.

— Настроения пока выжидательные. Крестьяне, что с них возьмёшь. Они никуда не торопятся, ждут, выбирают, к кому присуседиться, — докладывал «вор». — Не понимают ещё, что когда к ним припрутся гвардейцы, выбирать будет поздно. А уж бежать тем более.

— Переломить это как-то можно?

— Можно, конечно. Дождёмся данных разведки, картинок с «летухи», беженцев.

— Когда они будут?

— Дня через три. Максимум, через пять.

— Добро́...

Третья для меня ночь в Пустограде прошла по такой же схеме, что и две предыдущие.

Принцип «ротации» у нас с Рейной сложился словно бы сам собой. По чётным я прихожу к ней в спальню, по нечётным она ко мне.

Дверь, соответственно, я сегодня не запер. Хотя свет на всякий пожарный выключил. Ну, в смысле, свечи в подсвечнике погасил. А то ведь уроним случайно... в порыве-то страсти.

"Свою «музу-богиню» я дожидался, развалившись в кровати и размышляя, как бы нам разнообразить процесс, чтобы, так сказать, не наскучить друг другу чересчур быстро...

Рей долго себя ждать не заставила. Открыла тихонько дверь и скользнула в комнату. Босая, в одной сорочке, с уже расплетённой косой. Ничего не говоря, она нырнула под одеяло и прильнула ко мне.

В ту же секунду меня будто током ударило.

Я наконец-то понял, чего нам до сих пор не хватало.

Всё ещё висящее перед глазами облако маг-энергии, полученное от Рейны вчера, полетело обратно, в свою же создательницу.

Ослепительно-яркая вспышка в глазах подруги подтвердила мои военно-эротические фантазии лучше всякой реальности.

Это было словно наркотик. Это было сильнее любого наркотика.

Когда на богиню любовной страсти воздействуют её же заклятьями, да ещё и раз в десять усиленными, эффект от их применения достигает эпического размаха. Цунами безудержного наслаждения сметает любые преграды. Торнадо плотской любви затягивает в себя даже тех, кто и не думал на это подписываться. Ураган бесстыдных желаний сокрушает монашескую мораль, как стальная кувалда изделия неумелого гончара.