Безбашенный

Аромат от еды — просто непередаваемый! А как она умудрилась что-то такое обалденно вкусное из той фигни, что у меня в холодильнике было, наколдовать? Идеальная просто женщина, — да я и сам, блядь, как-то раньше этого не понимал и не замечал! Ну, хотя — да, раньше у меня приоритеты другие были — доступность, умения в постели и незаменимая ценность не напрягать после нее! А теперь вот — совсем другими глазами на все смотрю!

— И что это изменит? — грустно ухмыляется Мила, усаживаясь напротив и разбивая своим аппетитом мои представления о том, что танцовщицы с обалденными фигурами питаются одним листиком салата в день.

 — Легче мне от этого точно не станет.

— Добрая ты просто, Мил. Даже слишком. Девяноста процентам других стало бы легче — хотя бы от морального удовлетворения. Кстати, еще вариант есть, — мы с Эдом можем весь персонал из"

"«Искры» перекупить и к себе утащить. Представляешь, что с Артуром будет, когда он поймет, что его ночной клуб — совсем пустой! А ведь новых людей еще научить нужно, не только подобрать.

И сработаться тоже еще — не ближний свет! По результатам выйдет то же самое, что этот клуб на хрен подорвать! Хотя, если б сгорел, страховка и люди все равно бы остались. А так — убытков однозначно побольше получится!

— Не думала, что ты такой кровожадный, Антон, — Мила все-таки улыбается, пусть ее улыбка и имеет довольно бледный вид.

И- да. Я кровожадный. А кто, блядь, сказал, что я обязан быть добрым, а?

— Есть такие, Мил, люди, которых просто необходимо ткнуть носом в дерьмо, чтобы они почувствовали, каково это.

Иначе никак. Иначе они других всю жизнь в него окунать будут, считая, что так и надо.

И — да. Реально. Это — моя жизненная позиция.

Потому что идея о том, чтобы подставить вторую щеку — бред чистой воды. По этому принципу всякая мразь тебя всю жизнь ломать и ноги вытирать так и будет, пока щеки не закончатся. А идея о прощении, — тоже мало смахивает на разумную. Прощать, как по мне, это просто не отравлять себя ядом ненависти и обид на весь мир или на обидчиков, внутри себя дерьма всего этого не носить.

Но если при этом не давать обратку, каждый урод почувствует свою вседозволенность. Поэтому — да. Забыть и забить. Но в морду зафигачить нужно обязательно. Испытывая при этом полное спокойствие. Я прав. Хоть некоторые меня, конечно, и не поймут.

— Не надо, Антон. Даже не хочу об этом думать. Сейчас — так точно, — Мила передергивает плечами.

— А чего хочешь? — закуриваю, протягивая ей через стол уже прикуренную сигарету.