БЕСсильный чемпион. Том 5

Узконаправленный Яка шарахает по гусарам, самый крайний вдруг падает на колени и хватается за грудь. Сердечко шалит? Бывает.

— Перун, объяснись, — повторяет генерал. — Может, мы вместе найдем решение.

— НЕТ. ВРЕМЕНИ.

Женщины и мужчины вокруг одновременно выдыхают, словно им ударили под дых."

"— Какой опасный! — восхищается одна полногрудая барышня в стороне. — Прямо до мурашек пробирает!

— Ты слишком спокойна, Марфа, — худенькая дамочка вся бледная и дрожит, но почему-то не убегает. Как будто на месте пригвоздили.

Марфа машет веером у лица — девушку в жар бросило, капли пота бегут по гладкому лбу.

— Но он же наш! В смысле, русский, хоть и демоник с импозантной внешностью. Значит, просто буянит. Характер проявляет. У сильных офицеров постоянно так. Они ведь мужественные-е-е!

Гусары, дрогнув под псих-ударом, рассыпаются. Кто отступает подальше от жуткой ауры, кто остается, но теряет контроль над обстановкой вокруг. А я уже подошел вплотную, и, растолкав плечами офицеров, оставляю их позади.

— Не устраивай беспредела, поручик, — но останавливать сам явно не собирается. Понимает: силенок не хватит.

— Беспредела нет. Только справедливость, — бросаю, не глядя.

Князь Настьев стоит возле стола с шампанским. Его заслоняет только сын, больше никого поблизости. Ну, еще София следит, чтоб деру не дали.

— Вы долго, — улыбается княгиня.

— Пробки, — оборачиваюсь к Деймону Настьеву и смотрю на него поверх плеча сына.

— Не надейся, — сынуля бросается с огненными кулаками.

Опять горящие руки? Уже знакомо, даже банально. Отвожу голову в сторону от пугливого хука — по-моему молодой князь сам боится задеть меня. Хватаю парня за плечо и, выбив пинком опорную ногу, швыряю его в очередной стол с вкусняшками — вроде бы, там на подносах яичные блинчики с крабовыми палочками, но это не точно. Приглядываться некогда.

Я хватаю князя за грудки. Попался! Он всего лишь Кмет, и даже если шарахнет огнем, Бригантина выдержит.

— Что тебе нужно? — испуганно блеет князек.

— Для начала — составить компанию в рейсе, — за моей спиной раскрываются крылья.

Вдвоем мы устремляемся к зеркальным потолкам. Вовремя — внизу грохочут десятки сапог.

— Стоять! — ревут нагрянувшие гвардейцы.

Мимо летит кислотная волна.