Бессердечный граф

Кэтлин не нравилось, что ей отдают команды, как непослушному пуделю, но она рассудила, что Девона, когда он в таком состоянии, лучше не провоцировать, и неохотно пошла к двери.

– Подождите, – мрачно остановил их Уинтерборн, подошел к столику возле окна и что-то с него взял. Это была орхидея в горшке, которую ему подарила Хелен: Кэтлин раньше ее не замечала. – Заберите эту чертову штуковину! Буду рад от нее избавиться, ей-богу.

После ухода Девона и Кэтлин Риз стоял у окна и смотрел наружу. Уличный фонарь бросал лимонно-желтый свет на лошадей, впряженных в кебы, и подсвечивал облачка пара, вылетавшие из их ноздрей.

– Обязательно было пугать леди Тренир?

Риз повернулся и, прищурившись, посмотрел на него. Это был первый случай, когда Квинси осмелился говорить с ним так дерзко. В прошлом ему случалось увольнять за меньшее и более ценных работников, но сейчас он скрестил руки на груди и опять переключил внимание на улицу.

– Да, – ответил он с тихой злобой на весь мир. – Мне от этого полегчало.

На протяжении всей короткой поездки до Рейвенел-хауса Девон не произнес ни слова, однако сила его гнева, казалось, заполняла каждый дюйм пространства экипажа. Клара съежилась в уголке, словно пыталась стать невидимой.

Кэтлин разрывалась между чувством вины и возмущением. Девон действовал так, будто она его собственность и своим поведением причинила вред лично ему.

Ее поразила царившая в доме гробовая тишина. Позже близняшки доложили, что Девон так рассвирепел, узнав об ее исчезновении, что все в доме сочли за благо скрыться из виду. Кэтлин поставила орхидею на стол и, сняв накидку, сказала горничной:

– Отнеси, пожалуйста, цветок наверх, в гостиную, а потом зайди в мою комнату.

– Она вам сегодня не понадобится! – резко заявил Девон и кивком приказал девушке уйти.

Еще не вполне осмыслив его слова, Кэтлин возмутилась.

– Как это?

Девон подождал, пока Клара поднимется по лестнице, и только потом ответил:"

"– Идите в мою комнату и ждите меня там. Я присоединюсь к вам, после того как выпью.