Берлинский транзит

Она ему сразу понравилась, и Георгий решил взять ее с собой на очередной отдых в Италию. Он часто практиковал подобные выезды с молодыми женщинами, с которыми жил в тот или иной момент своей жизни. Джансунг догадывался, что из этой поездки Георгий уже не вернется. Слишком много сил и средств тратил Морис на его ликвидацию. Именно поэтому Джансунг посадил в поезд трех молодых людей, самых неопытных и молодых, чтобы охранять своего шефа на пути в Италию. Когда Захар Чечулин позвонил и сообщил, что шефа наконец убрали, Джансунг едва не заплясал от радости.

Он приказал всем телохранителям уходить, искренне желая их спасти. Но заместитель не был виноват в том, что один из этих парней при попытке спрыгнуть с поезда повредил себе ногу. Когда ему позвонил Морис, Джансунг уже был готов к компромиссу. Морис пояснил, что детали устранения Георгия не должны быть известны в Москве, чтобы не подводить его людей. Джансунг согласился. Тогда Морис потребовал платы. Он сказал, что его люди сами найдут лежащего в больнице Руслана Хадырова, но им нужна помощь в поисках другого телохранителя, сбежавшего с поезда.

Это был Захар Чечулин. Хромой Джансунг был, в сущности, человеком добрым, пока дело не касалось денег и бизнеса. Тогда он становился неуправляемым, жестоким и бескомпромиссным. На этот раз в нем тоже проявились эти его худшие черты, и он с легким сердцем сдал Чечулина убийцам.

Когда Дронго рассказал об этом Раздольскому, тот был искренне возмущен. Хромого Джансунга вызвали на разбирательство к «судьям» и присудили оплатить расходы на содержание семей Хадырова и Чечулина.

Кроме того, было обращено внимание, что все будущие сделки Хромого Джансунга будут идти под строгим надзором самого Евгения Мартыновича и провинившемуся назначался «испытательный срок» в три года.

Конечно, все эти меры не могли вернуть к жизни Чечулина или Хадырова, но о них думали меньше всего. Авторитетных людей возмущало поведение Джансунга по отношению к своим «шестеркам». Ведь хороший феодал обязан защищать своих людей от посягательств других феодалов.

На этом держалось ленное право — и бандитская этика. Поэтому Джансунг и был наказан, а в авторитетных кругах считали, что он наказан абсолютно справедливо. Вот так закончилась история убийства Георгия Цверавы, который был одним из самых значительных и уважаемых людей «потустороннего» мира, но в какой-то момент потерял почву под ногами, почувствовал себя лучше и важнее других, взлетел и сгорел, как Феникс.