Бермудский треугольник черной вдовы

И все это на глазах у Любаши. Я еле выкрутился, когда жена начала вопросы задавать. И ведь давал Вере денег, но ей все мало!

– Нельзя платить шантажистке, лучше сообщить о ней куда следует, – посоветовал я.

Сачков захохотал:

– Олег! Что за чушь! Как я, убийца, могу обратиться в органы? За лишение человека жизни срока давности нет, безразлично, когда смерть произошла – вчера или много лет назад. Вот так. Я бы, может, и сдался, очень уж устал, но что будет с Любашей? Не могу причинить жене такую боль, она мой единственный верный, никогда не подводивший меня друг.

– Давай рассуждать спокойно, – попросил я. – Какие доказательства есть у этой Веры?

– Хватит того, что она знает о моих тайнах, – протянул артист.

– Фотографии, видеозаписи, – не успокаивался я. – Может, Игорь тайком записывал свои встречи с богатыми бабами на пленку? Кое-кто из жиголо так поступает, а затем пугает партнершу опубликованием видеоматериалов, если та не раскошелится.

– С Игорем? – переспросил Володя. – Ты о ком? Ах да! Представляешь, я забыл его имя.

Олег протяжно вздохнул:

– Некоторые люди вытесняют из памяти травмирующую их информацию.

Сачков истерически рассмеялся:

– Игорь погиб случайно, я и в мыслях не имел его убивать. Не виноват я в том происшествии. Парень сам его спровоцировал, в данном случае моя совесть чиста.

Он не договорил, вскочил и убежал. Больше мы с ним не виделись. В день самоубийства Володя мне позвонил и попросил:

– Олег, так уж получилось, что, кроме Любаши, ты единственно близкий мне человек. Сегодня в районе полудня на твой счет в банке придет сумма в валюте. Это плата за будущую работу. Сейчас объясню, что делать надо. Я уезжаю из Москвы.