Бермудский треугольник черной вдовы

Только в моем кабинете он мог расслабиться и стать самим собой. Так я считал. Но один раз Владимир примчался ко мне в состоянии паники и рассказал про встречу в подъезде с девушкой, одетой в костюм кошки."

"– Она знает мои тайны, – ломал руки Сачков, – специально подстерегла нас с женой, чтобы я понял: Вера ни перед чем не остановится, если я не стану платить, откроет Любочке правду. Я не могу причинить жене страдания. Лазарева – мерзкая тварь. Гадина. Всегда такой была!

– Ты ее знаешь? – удивился я. – Узнал женщину, несмотря на костюм и маску?

– Нет, – отрезал Владимир.

– Но ты упомянул имя: Вера Лазарева, – напомнил я.

У Владимира изменилось лицо.

– Кто, я? Когда?

– Только что, – уточнил я, – секунду назад.

– Вера Лазарева? – повторил Владимир. – Да нет! Тебе показалось. Хотя… а-а-а-а! Я снимаюсь в сериале, где главная героиня носит это имя, от стресса в голове все перемешалось, поэтому я и брякнул «Вера».

Сачков безупречно сыграл мизансцену, но я ему не поверил, понял, что до сих пор многого о пациенте не знаю, что-то нехорошее у него связано с этой Верой Лазаревой.

– Вова согласился вести новое телешоу, снимается с утра до ночи, уезжает в шесть, возвращается за полночь. Ты его хотел на рыбалку позвать?

– Да, – соврал я, – решил с удочками посидеть. Попроси Володю мне позвонить в свободную минуту.

Сачков приехал в тот же день вечером, сел в кресло и устало сказал:

– Олег, прости.

Я сказал:

– Выход есть всегда, просто ты его не видишь или видишь, но он тебе не нравится. Неприятности исходят от женщины по имени Вера Лазарева?

– Да, – ответил актер, – она знает мои тайны, грозит их открыть, банально хочет денег. Фантазия у бабы буйная, нарядилась в костюм кошки, исполнила песню, сунула мне письмо.