Бермудский треугольник черной вдовы

Я ему в ответ:

– Вы тут пока постойте, я Вадима Глебовича подошлю, не надо одному туда ходить.

А сам мужикам, которые рядом топчутся, подмигиваю, чтобы схватили Лазарева, если он к телу побежит, но Петр на месте остался, я к Кузнецову подошел, объясняю: так, мол, и так, отец Федора желает лично убедиться, что не его сын на дороге. А он мне: «Миша, никак это допустить нельзя, у пацана рана на лице, такое ощущение, что ему по глазам чем-то полоснули, переносицу сломали, кость там тонкая, надеюсь, бедный пацан сразу умер, не мучился.

Дед с шумом начал пить поданный дочерью настой. Мы с Денисом терпеливо ждали продолжения рассказа.

Глава 28

Когда Галина Сергеевна услышала о смерти внука, она упала без чувств. А Людмила бросилась к соседям и давай кричать на Евгению Федоровну и Петра Михайловича:

– Радуетесь, да? Не Федя умер, а мой брат.

В тихую воспитанную Милу словно бес вселился. Девочка схватила кочергу у камина, стала бить посуду в серванте, пришлось Вадиму Глебовичу ее скрутить…

Тело Гены увезли в морг, Галину Сергеевну в больницу, Людмилу забрали к себе Поповы, жившие по соседству. Где-то около шести-семи вечера по Гуськову снова полетел крик. Михаил Иванович и Алевтина побежали на улицу и увидели, что толпа людей движется в сторону речки.

Аля поймала за руку Зину Кочеткову.

– Что случилось?

– Ужас, – зашептала та, – дай бог сил этот день пережить. Володя Сачков на тропинке, что по верху оврага тянется, мопед нашел. Говорит, крови там! Море! Вот же кошмар! Сначала Гена, а теперь Федя.

– Может, бродяга какой помер, – торопясь за Зиной, прошептала Аля.

Кочеткова начала креститься и читать молитву.

– Бомжи на мотиках не катаются.

– Не надо мальчика заранее хоронить, – рассердилась Алевтина, – может, он упал, поранился, лежит в кустах и крикнуть не может.

"Но, очутившись на месте происшествия, Алевтина поняла, что надежды найти Федю живым нет. Мопед, лежавший сбоку от тропинки, принадлежал Гене, именно на этом железном коне сын Лазаревых уехал из дома. И крови на земле было столько!

Але стало дурно, а Вадим Глебович начал гнать народ по домам. Кузнецов оставил лишь нескольких крепких мужчин, которые обыскали округу, но ничего не нашли.