Беременная для Зверя (СИ)

Но сейчас от него только ещё горше на душе становится.

В дверь комнаты стучат. Прислуга говорит, что меня кто-то из преподавателей ждёт. Я знаю расписание, но сейчас всё из головы вылетает.

Плен и муштра… Вот такая моя нынешняя жизнь. А я бы хотела оказаться в старом домике дедушки. На кухне, у раскрытого окна. Оттуда был виден небольшой аккуратный цветник, кусты вишни и малины, ещё совсем тоненькое деревце рябины, посаженное дедом.

На столе бы стояла керамическая чашка, полная сочной, кисловатой вишни, чтоб её… Хочется до слёз!

Глава 96.

Арина

На занятиях Асии Бекхановны я не появляюсь. Пусть кому-то другому нанятый Рустамом преподавателем рассказывает о том, как принято гостей встречать, где встать, кому какое место выделить. Не моё это всё. Гостей в доме Зверя не бывает. Кругом только охрана, прислуга и мёртвая тишина.

До самого позднего вечера нахожусь в комнате, лёжа на постели. Снова стучат. Зовут в столовую к ужину. Горький ком к горлу подкатывается. Я хорошо могу представить просторную столовую, в которой буду ужинать одна за длинным столом.

Потом снова тенью по дому слоняться.

Зверь появится. Но поздно ночью. Или под утро завалится. Привычно своё возьмёт так, как можно. Осторожно потрогает меня, словно я сломаться могу от его напора. Доведёт до умопомрачения и отстранится сыто. Своё добро готов выплёскивать. Мне нельзя… Ничего нельзя. Я скоро с ума сойду в этом доме.

И это видео…

Пятый наотрез говорить отказался. Промолвил лишь, что Мадину Зверь проучил. Кислота внутри разливается.

Проучил? Как? В бандитском жаргоне я не сильна, а эти слова всё, что угодно означать могут. От грубого траха до избиения или другого унижения. Они же все изверги. Убийцы. Вспоминаю, как Зверь мне о своих планах в самом начале рассказывал, как потом Кристина по рукам всей банды кочевала… Дурно становится. Я не хочу сомневаться. Но сомневаюсь.

Вынужденное одиночество лишь сильнее клубок нервов разматывает и натягивает до предела."

"Кажется, я всё-таки засыпаю. В слезах. Настойчивый стук в сон врывается.

Я сажусь на кровати, с трудом разлепляю зарёванные и заспанные глаза. За окном начинает смеркаться.

— Чё, ломать дверь? — слышатся приглушённые голоса.

— А вдруг переодевается? Зверь потом твою рожу на очко натянет… — слышится голос Булата. — Ещё постучи. Вдруг уснула просто.

— А вдруг ей хуёво стало и в мою смену?

— Уже не твоя. Пересменка прошла… — возражает Булат. Стучит по двери. — Арина!

Я вздрагиваю и просыпаюсь окончательно.