В ритме сердца

Марк ощутимо напрягается от моего выпада, но скорее от неожиданности, чем от нахлынувшего страха (это чувство у него явно атрофировано), а Николина, оба Мэрроу и множество других любопытных зрителей зала настороженно смотрят на нашу потасовку, но меня это сейчас совершенно не колышет.

Довёл меня, кретин! Плевать, кто он такой – его с ней рядом больше не будет!

– Нет, Эндрюз, ты по-прежнему пребываешь в сознании, но я могу лично гарантировать тебе, что, если ты ещё хоть раз сегодня попадёшься мне на глаза или подойдёшь к Николине, твоё тело окажется не в излюбленном тобой наркотическом притоне, а сразу же в сточной канаве.

– Это только предупреждение или сразу же угроза?

Даже сейчас отморозок пытается показать, что воспринимает происходящее как шутку, но напряжённая линия челюсти и холодный отблеск в сером взгляде выдают крайнюю степень недовольства и постепенно зарождавшуюся в нём боязнь.

– Ни то, ни другое, Эндрюз. Если не внемлешь тому, что я тебе сказал, это будет твоим грёбаным будущем, и даже твой влиятельный папочка не сможет мне помешать это сделать, – произношу я пробирающим до мозга костей низким тоном и грубо отталкиваю от себя наглеца, который в своём нетрезвом состоянии едва удерживает себя от падения.

С радостью вмазал бы ему для закрепления эффекта, но, думаю, ему и моих слов будет достаточно.

Марк приглаживает заломы на рубашке, которые оставил мой захват, и, смеряя меня неприязненным взглядом, обращается к дикарке:

– Неплохого ты себе нового защитника нашла, – натянуто произносит Эндрюз, наконец растеряв весь свой легкомысленный настрой. – Старый-то в курсе?

– Марк, я же сказала, что всё объясню. Прошу тебя, не выдумывай ничего и не рассказывай… – взволнованно проговаривает Николина, едва справляясь с дрожью в голосе.

– Ты меня плохо расслышал? – вмешиваюсь я, больше не выдерживая его присутствия и её жалких попыток оправдаться.

– Марк, пойдём покурим. Заодно и побеседуем, – Эрик подходит к Эндрюзу и протягивает ему новый бокал, словно приманку.

– Да уж, похоже, тебе есть что мне рассказать, – он криво усмехается, выхватывая из рук Мэрроу напиток. – А вот тебе, Никс, объясниться со мной, по всей видимости, не удастся. С жизнью расставаться я пока ещё не планирую, так что… прибереги силы для долгих разговоров со своим братцем.