Беременна от врага (СИ)

Я готова была вцепиться ногтями в его лицо. Он, вероятно, с великим наслаждением свернул бы мне шею. Молчание нарушил мужчина с зелёной бумажкой:

??????????????????????????

— Виктория Константиновна, предупреждаю вас о последствиях оказания сопротивления сотрудникам службы судебных приставов.

Прошипела, отвечая говорившему мужчине, но глядя в упор на козлину-пасынка:

— Вы сказали, что у меня есть полчаса, чтобы собраться.

— Время пошло, дрянь! — ухмыльнулся тот, демонстративно постучав по циферблату наручных часов.

— И что же теперь делать, Викуль?

Мама заботливо подлила мне чай в пустую чашку и оглянулась в коридор за спиной, где у входа стояли три моих чемодана с одеждой. В крохотной квартирке всё было под рукой: вот кухонный стол, а вот уже и прихожая. Вздохнула и провела рукой по лицу:

— Не знаю… Люся советует найти адвоката.

Мама с готовностью закивала:

— Конечно, надо найти! Ты же ничего не смыслишь в этих делах, а значит, тебя легко обмануть, особенно такому человеку, как Дима, а грамотный специалист…

— Стоит кучу денег, а все мои счета и карты заблокированы! — разочарованно простонала я, роняя голову на согнутые в локтях руки.

— Ну, ничего, ничего, — мама погладила меня по голове, совсем как в детстве. Что-нибудь придумаем! У меня есть накопления!

— Мамуль, ну ты чего? Не хватало ещё мне тратить твои последние деньги!

Возразить мама не успела, потому что в дверь позвонили.

— Кто это? — нахмурилась я.

— Это Светочка, Викуль. Она всегда заезжает по субботам.

Тётю Свету, мамину школьную подругу и мою крёстную, я знала, сколько себя помнила. Она так и не вышла замуж, поэтому вся её нерастраченная любовь доставалась дочке подруги, то есть мне.

Никаких секретов от тёти Светы не было. Допивая четвёртую чашку чёрного с бергамотом, крёстная ткнула в меня чайной ложечкой и деловито сказала:

— С наследством разберёмся, но суд может длиться месяцами, а вам надо на что-то жить всё это время, не на одну же мамкину пенсию?

Тётя Света наложила в чай три ложки сахара.

— Ау, Виктория! — только сейчас поняла, что не слышала, что всё это время говорила крёстная.