Белоснежный роман

Настя окончательно расстроилась такому безобразию и принялась названивать Валерии Яковлевне, которая поспешила ее успокоить, решительно пообещав, что все сделает как должно и обо всем позаботится, и нечего ей так беспокоиться и переживать.

Максим Романович приватности ее разговора не нарушал, к словам ее откровенно не прислушивался, о чем-то сам негромко беседуя с таксистом."

"Доехали они быстро, Настя только и успела, что коротко поговорить и скомканно попрощаться, когда они уже останавливались у гостиницы, да и правду сказать, тут все было близко, в этом небольшом городке.

Войдя в гостиничный холл, Настасья подумала с грустной иронией, что впечатление такое, будто она и не уезжала вовсе и не выселялась отсюда всего два часа назад, а ее короткая командировка, как в дурном кино, все затягивается и затягивается непредвиденными обстоятельствами.

И сильно удивилась, когда к ней поспешила администратор с открытой, приветливой улыбкой на лице:

– Анастасия Юрьевна, мы так и предположили, что вы к нам вернетесь.

Администратор пожала ее руку, нежно-уважительно ухватила под локоток и повела к стойке регистрации.

– Как только нам сообщили о задержке всех рейсов, я сразу послала Зиночку, она уже убрала ваш номер. Он пока свободен, и, если хотите, мы вас туда же поселим. Или, может, вы хотите другой номер, люкс или какой-нибудь иной сьют?

– Нет, нет, – поспешила заверить Настя, – меня вполне устроит мой бывший номер.

– Вот и хорошо, – порадовалась вместе с ней администратор и уверила: – В таком случае, Светлана, – она кинула взгляд на девушку, а потом вновь посмотрела на Настю, – сейчас быстро все оформит, и можете заселяться.

Она вновь приветливо улыбнулась Насте и повернулась на звук открывшейся входной двери, услышав приветствие швейцара, обращенное к следующему гостю, которым оказался господин Вольский. Тот задержался у такси, расплачиваясь с водителем и выгружая багаж.

Настя было сунулась честно внести свою лепту за оплату машины, но Максим Романович так на нее зыркнул, что она предпочла скоренько ретироваться, не пытаясь настаивать или что-то там объяснять про свою женскую независимость и платежеспособность.

Да ну, на фиг, зачем нарываться и выслушивать словесный выговор на пустом месте? Как правильно заметил Темыч – это Север, и мужчины тут, как бы так поточней выразиться… оголтелый феминизм сильно не приветствуют.