Белоснежка, 7 рыцарей и хромой дракон

Его ладони скрестились, врываясь в вырез платья, оно затрещало, но мне было все равно. От горьких слов, тяжелого дыхания и крепких, почти удушающих ласк, моя грудь отяжелела и звала, стенала, молила о внимании. Он влез внутрь бюстгальтера, и я застонала он ошеломляющего облегчения, ощутив, как Полунин сжал беззвучно молящие полушария.

- Ты оплачивал ей роддом? – срывающимся голосом спросила я.

- Нет.

Вершинки грудей сжали и освободили, опять потерли между пальцев и снова освободили. В такт сорванному стуку двух бьющих рядом сердец.

- Ты думал, я спала с другими?

- Да.

- Козел.

Я повернула голову, и мы поцеловалась. Впиваясь в губы, прикусывая друг друга, выхватывая дыхание. Почувствовав, как ползет наверх подол, я осознала, что привидение в шкафу может услышать то, что ему не предназначалось. Но остановиться не был сил.

- В прихожую.

- Плохая девочка.

Меня почти вытолкнули в крохотный коридорчик, но я успела дернуть дверь в комнату, закрывая ее за собой.

- От кого прячешься?

- Циппес в шкафу.

Я уперлась руками в стену и услышала тяжелое дыхание сзади, переходящее в рычание.

- Эк ты Сереженьку Ципперсона по-свойски. И что в шкафу «Ципес» делает? Ты спишь с ним?

Я невольно вскрикнула от мгновенной прорезывающей боли, этот развратник порвал трусы. Хорошо в этот раз надела тоненькие, а то в запале и ноги мог лишить, с него сталось бы.

- Не сплююю я с ним, только с тобой, дураком. А Ципеса так, в шкафу передерживаю.

- Правильный ответ. Пусть там и сидит. Покричишь?

- Ни за что.

Он был везде. Ласкал грудь, живот, целовал и покусывал шею. Треск одежды и тяжелое дыхание, словно мы дрались, да отчасти это и происходило.

- Почему сразу про тайные ходы не сказала?

- Тебя подозревала. Кто еще их мог понастроить?"

"- Не доверяешь, значит, закрываешься.

И он рванул платье, разрывая тоненькое творение Николя на части. Единственное платье, которое я заказала сама, въезжая в Асташево, то, которое одела специально для этого жеребца.

Я лягнула ногой назад, попала куда-то в район коленки.

Меня резко выгнули, и длинное горячее движение тела о тело, естественное и многообещающее, обожгло до стона.

- Никуда не денешься, покричишь, - рычал Артем, отмечая, но не захватывая, прижимаясь в тесном сумасшедшем танце тел, - и чтобы больше никаких тайн. Рассказываешь все вплоть до детских снов.

Да как он себе это представляет? Привет, я – Саня, у меня есть привидение, а еще талант открывать двери куда хочу.