Белая сирень

– Наверное, не хочет с нами разговаривать!

– С нами? Не хочет? – Тищенко сделал несколько нетвёрдых шагов по направлению к Оле. – Ты почему не хочешь разговаривать? Ну-ка, отвечай дяде!

Оля закусила губу. Она постоянно видела пьяных гостей, но, как правило, их удавалось усмирить прямо в зале. Обычно одного упоминания имени хозяина было достаточно, чтобы гость уходил бузить и догуливать в другое место. Что делать в этой ситуации Оля не представляла. И, как назло, Валентина с Мариной куда-то запропастились."

"Сильный запах спиртного и табака быстро заполнил жаркое и душное помещение.

Герман Тищенко протянул руку, подцепил за край и сорвал косынку с головы Ольги. На пол посыпались шпильки, толстый узел светлых волос размотался, упав тяжёлой волной на плечи девушки.

– О-о-о! – хором произнесли мужчины.

– Смотри, какая Снегурочка! Как раз для тебя, Морозов! – Тищенко сделал неприличный жест бёдрами, а Макаров, схватившись за живот, затрясся от смеха.

Ольга была ошеломлена и растеряна. В какой момент в дверях появился Роман, она не заметила.

Его угольно-чёрные глаза впились в её лицо, шрам над губой побагровел, налившись кровью. Он ничего не говорил, пока друзья куражились рядом, выкрикивая скабрезные шуточки.

Девушка попыталась закрутить волосы обратно в узел, но Тищенко не давал ей этого сделать, хватая руками за запястья. В конце концов, Ольга стащила с руки мокрую перчатку и замахнулась.

– Мальчики, мальчики! – Валентина, заискивающе глядела на Морозова, но обращалась ко всем. – Что это вы разошлись, а? Пойдёмте-ка за стол, Марина водочку охладила, закуски принесла.

Роман усмехнулся, не сводя глаз с Ольги. Тищенко и Макаров, поддерживая друг друга, ушли первыми. Тётка продолжала стоять рядом с Морозовым, подёргивая его за рукав.

– Роман Борисович, прошу к столу.

– Пусть она к нам выйдет! – велел Морозов.

– Да зачем же, Роман Борисович? – в голосе Валентины звучало искреннее удивление. – Малолетка ещё. Что ей за вашим столом делать?

– Пусть придёт, я сказал.

– Не пойду я никуда! – звонко крикнула Оля и швырнула резиновую перчатку в полный бак воды.

Брызги разлетелись в разные стороны, попав и на Морозова, и на Валентину, и на неё саму. – Не хватало ещё! – на щеках Оли выступили красные пятна. У неё руки чесались, чтобы не запустить в этих двух каким-нибудь блюдом поувесистей.

Морозов смахнул с рукава кружево мокрой пены. Оттолкнув от себя Валентину, не спеша вышел из моечной.

Зыркнув на Ольгу, Валентина аж зашипела сквозь зубы.