Смотрящий по России

Друщиц решил, что волнение начальника может передаться и подчиненным, а это чревато!

С ним была целая группа проверенных бойцов. Шестеро в камуфляже, они держали в руках укороченные автоматы. На них возлагалась охрана алмазов. Четверо — в черных строгих костюмах, — им предстояло нести небольшие серебристые кейсы, каждый стоимостью почти в четыре миллиона долларов. Каждый кейс будет пристегнут к руке наручниками. Сам же Тарантул возьмет папку с документами, Петр — его сопровождающий.

После того как алмазы будут погружены в инкассационный бронированный джип, тот с двумя машинами сопровождения направится в Шереметьево, где его уже будет дожидаться зафрахтованный транспортный самолет, держащий курс на Тель-Авив.

Он посмотрел на часы — до условленного времени оставалось еще сорок пять минут. Вполне достаточно, чтобы как следует еще раз все обдумать.

Константин решил расположиться в зарослях небольшого ельника неподалеку от дороги. Расположившись на сиденьях, бойцы негромко обговаривали детали предстоящей операции. Настоящие профессионалы, этого у них не отнять. Тарантул попытался отыскать на лицах парней хотя бы намек на волнение, но взгляды их были спокойны, как всегда.

"Негромко хлопнув дверцей, из машины вышел Петр. В руках он держал кейс. Расставаться с ним парень не собирался — похвальный профессионализм. Хотя без алмазов этот чемоданчик представлял собой всего лишь красивую игрушку, правда, крепкую — ее невозможно разрезать даже автогеном.

— Ты чего? — спросил Тарантул, внимательно всматриваясь в лицо своего помощника.

И не ошибся — парень тоже испытывал тревогу.

— Что-то мне неспокойно, — честно признался он. — Как будто бы что-то гнетет. Со мной такое впервые. — Внимательно посмотрев на Тарантула, он добавил: — Мне кажется, что вас тоже что-то мучает, Константин Игоревич.

— Есть такое дело, — не стал отнекиваться Тарантул.

Именно такое состояние называется боевой интуицией, еще ничего не произошло, а опасность как будто бы уже витает в воздухе и давит на психику.