Бархатная клятва

Джудит наблюдала за ней из своего укрытия в зарослях жимолости. При первой встрече ей показалось, что Элис Вейланс красива, теперь же она поняла, что ошиблась. У нее оказался срезанный подбородок и слишком тонкие губы. Ее глаза сверкали как льдинки. За стеной послышались тяжелые мужские шаги, и Джудит собралась было выскользнуть через потайной ход, которым воспользовалась ее мать. Она не хотела мешать любовникам, но первые слова, донесшиеся до нее, заставили ее остановиться. Она узнала этот голос.

— Зачем ты просила меня о встрече? — напряженно спросил Гевин.

— О Гевин, — проговорила Элис, протягивая к нему руки. — Ты так холоден со мной. Неужели ты забыл меня? Неужели твоя любовь к молодой жене так сильна?

Джудит увидела, как Гевин нахмурился. Он не прикасался к этой женщине, но и не отодвигался от нее.

— И ты считаешь возможным говорить со мной о любви? Я умолял тебя стать моей женой. Я отказывался от приданого. Я предложил заплатить твоему отцу то, что ему пришлось бы отдать Чатворту, но ты не соглашалась.

— Ты обвиняешь меня в этом? — возмутилась она. — Разве я не показывала тебе синяки, которыми наградил меня отец? Разве я не рассказывала тебе, как он запирал меня и оставлял без хлеба и воды? Что мне было делать? Когда у меня появлялась возможность, я встречалась с тобой. Я отдала тебе все, что можно отдать мужчине, а теперь ты обвиняешь меня. И уже влюбился в другую. Признайся, Гевин, ты когда-нибудь любил меня?

— Зачем ты говоришь о том, что я влюбился в другую? Я ничего подобного не утверждал.

 — Раздражение в его голосе только росло. — Я согласился жениться только потому, что сделка была очень выгодной. Я получаю земли и титул, как ты первая успела заметить.

— Но когда ты увидел ее… — торопливо произнесла Элис.

— Я мужчина, а она красива. Естественно, я был доволен.

Джудит хотелось уйти. С того мгновения, когда она увидела мужа рядом с блондинкой, ее не покидало желание уйти отсюда, но ее тело, казалось, превратилось в камень, она не могла пошевелиться. Каждое слово Гевина подобно острому ножу вонзалось в ее сердце.

Он умолял эту женщину выйти за него замуж, а потом женился на Джудит из-за ее богатства. Запасной вариант! Какой же она была дурой! Она вообразила, будто их робкие ласки — это признак зарождающейся любви. А все оказалось совершенно иначе.

— Значит, ты не любишь ее? — настаивала Элис.

— Как я могу ее любить? Я провел с ней всего несколько часов.

— Но ты мог бы полюбить ее, — ровным голосом сказала Элис и отвернулась.