Бархатная клятва

— Теперь, когда я знаю, что лихорадка прошла, я могу ехать.

— Пообещай мне одну вещь, — устало произнесла Джудит. — Мне бы не хотелось, чтобы твоя семейная жизнь началась так же, как моя. Ты достоин лучшего. Постарайся сделать все, чтобы тебя не постигла моя участь.

Стивен искоса взглянул на брата.

— Да, обещаю. Не пройдет и часа, как я буду в пути.

Джудит кивнула и закрыла глаза.

— Спасибо, — прошептала она и погрузилась в сон.

— Я тоже забыл о твоей свадьбе, — поднимаясь и подходя вслед за Стивеном к двери, сказал Гевин.

— Твоя голова была занята совершенно иными мыслями, — успокоил его Стивен. — Она все еще сердится на тебя?

— Сердится — это еще мягко сказано, — с насмешкой ответил Гевин.

— Поговори с ней. Расскажи о своих чувствах. Открой правду об Элис. Она поверит тебе. Гевин взглянул на спящую жену.

— Тебе пора собираться. Эта шотландка сдерет с тебя шкуру.

— Если это все, что ей от меня требуется, я с радостью предоставлю ей такую возможность.

Они вышли из комнаты и закрыли за собой дверь.

— До Рождества, — улыбнулся он. — Привози к нам свою жену на Рождество.

— Хорошо. А ты поговоришь с Джудит? Гевин кивнул.

— Когда ей станет получше и когда я вымоюсь.

Стивен рассмеялся: Гевин не отходил от постели жены целых три дня, пока ее мучила лихорадка. Он сердечно пожал брату руку и направился к своей комнате."

"Когда Джудит проснулась, в спальне было темно. Джоан спала на тюфяке возле двери. Сознание Джудит было ясным, она чувствовала, что силы вернулись к ней, и испытывала страшнейший голод.

— Джоан, — прошептала она.

Горничная мгновенно вскочила на ноги:

— Моя госпожа, — проговорила она и радостно улыбнулась. — Лорд Гевин сказал, что вам лучше, но я не поверила.

— Я хочу пить, — произнесла Джудит потрескавшимися губами.

— Сейчас. — Джоан залилась счастливым смехом. — Не так быстро, — предупредила она, когда Джудит с жадностью припала к кружке.

Внезапно дверь отрылась, и обе женщины, повернувшись, увидели Гевина с подносом, заставленным тарелками с едой.

— Я не хочу видеть его, — твердо заявила Джудит.

— Уходи! — приказал Гевин горничной. Девушка поставила кружку и торопливо выскользнула из комнаты.

Гевин опустил поднос на столик возле кровати.

— Тебе значительно лучше. — Джудит продолжала молча смотреть на него. — Я принес тебе бульона и хлеба. Ты, должно быть, голодна.

— Мне от тебя ничего не нужно. Ни еды, ни твоего общества.