Бабулька на горошине

 – Что мы сделали, когда выбежали из квартиры в подъезд?

Я удивился его вопросу.

– Вышли во двор.

– А до этого? – не умолкал батлер.

– Бежали по лестнице, – ответил я.

– Иван Павлович, перед тем, как очутиться на улице, нам пришлось открыть дверь, – объяснил Боря.

Я прислонился к стене.

– Это настолько очевидно, что не стоит говорить об этом.

– Да, но не сейчас, – не согласился батлер. – Внутрь дома ведут три двери. Первая наружная, декоративная, замка там нет. Чтобы открыть ее, нужно просто нажать на ручку.

– Николетта и ее подруги входили в парадное, – напомнил я.

– Да, но я открыл им после звонка домофона, – согласился Боря.

– Дюка была в подъезде, – вспомнил я, – она пожаловалась на дверь, которая быстро захлопнулась и прищемила ей шубу.

– И вот еще аргумент в пользу того, что Дёма не могла выйти во двор, – обрадовался батлер. – Доводчики у нас и правда рьяно работают. Собака в доме. На чердаке!

Я воспрял духом и, забыв про лифт, помчался вверх по лестнице. Боря же сел в подъемник, но у открытой двери чердака мы оказались одновременно.

– Чердак не запирается, дверь можно боднуть головой. Скорей всего Демьянка там, – заликовал батлер.

– Вава, Вава, – закричала маменька, выглянув из квартиры, – немедленно принеси нам соль!

– Идите, Иван Павлович, – посоветовал Боря. – Упаковки соли в той кладовке, что в маленьком коридоре. Я пока поищу Дёму.

– Может, сделаем наоборот? – предложил я.

– Вава, Вава, – продолжала вопить маменька, – сколько можно тебя звать! Поторопись, Сергей ждет, нам нужен мужчина для поимки ведьмы!

– Иван Павлович, вам придется стать приманкой для колдуньи, – засмеялся Борис.

– Вава, Вава! Сколько можно тебя звать, – пришла в негодование маменька.

Я побрел домой в самом плохом настроении, надеясь, что Борис прав и Демьянка побежала не вниз, а наверх.

Дверь в квартиру была открыта нараспашку. Едва я вошел в прихожую, как маменька скомандовала:

– Вава, ты едешь с нами.