Бабочка под стеклом

Услышав голос сына, Марина все смущающие мысли попыталась отодвинуть в сторону, даже на женщину за стеклом, протягивающую ей паспорт, посмотрела более осмысленно. А когда с сыном заговорила, выразила некоторое недовольство его затеей.

— Антош, сейчас темнеет рано, я не хочу, чтобы ты до посёлка по темноте добирался. Может, в выходной сходишь?

— Не могу я в выходной, мам. Прокат уже закончится! Ну, пожалуйста! Я потом в ""Стэлс"" на автобусе доеду, а домой меня Дима привезёт. Он там до вечера будет, я у него спрашивал.

Марина нахмурилась.

— Антон, какой он тебе Дима?

Сын шумно вздохнул в трубку и поторопился исправиться.

— Дядя Дима.

— Вот так. — Марина ладонью по столешнице провела, пытаясь принять решение. Сердце заколотилось при одном упоминании имени Грановича, а это как-то нехорошо и смущает. — Хорошо. Только… Только позвони дяде Диме ещё раз и выясни всё точнее. Точно ли он будет вечером в магазине.

— Мам, ну я же звонил уже.

— Без ""ну"", Антон.

— Тогда позвони ему сама. Раз ты мне не веришь.

Марина сглотнула.

— Почему, я верю. Верю. Но я беспокоюсь.

— К семи мы будем дома, — пообещал Антон, и только добавил, прежде чем отключиться: — Эльку забери из сада!

— Обязательно, — пробормотала Марина.

Кажется, что от неё, в её же семье, уже мало, что зависит.

Вечером, с Элей, они до посёлка доехали на автобусе, уже привычно поздоровались с охранниками, и пошли по дорожке к дому. Эля без умолку болтала, и поддерживала рукой лямку своего рюкзачка в виде плюшевого зайца с длинными висячими ушами.

— Мама, а, правда, у меня свои качели будут? Мне дедушка обещал!

— Раз обещал, значит будут.

— А когда?

— Наверное, весной. Когда снег растает.

Где-то рядом мяукнул котёнок, и Марина невольно взглянула под ноги. А Эля за её руку ухватилась и дёрнула.

— Мама, а горка будет? Эта же растает!

— Я не знаю, солнышко. Вот дедушка приедет, и ты у него спроси.

— Спрошу, — закивала Элька, и лямку рюкзака ещё оттянула.

— Эля, так нельзя говорить!

Она выразительно надула губы.

— А я им докажу!

— Обязательно докажешь, — пообещала Марина, открывая калитку. Дом перед ними был непривычно тёмным, и у Марины невольно мелькнула мысль: скорее бы Дима с Антоном приехали. Когда они были дома, всё было спокойнее и уютнее.

Войдя в дом, Эля рюкзак осторожно с плеч сняла и замерла, приглядываясь к матери.