Атомный поезд

После неожиданной встречи с Оксаной и её мужем, встречи, из которой, надо признаться, он извлёк большое удовольствие, он вдруг задумался: а что, собственно, выпускник ракетного училища Кудасов может делать в такой дыре, как Кротово? Ведь железнодорожная часть никакого отношения к его специальности не имеет! Сурен Гаригинович задал этот вопрос своему помощнику Андрюшке Короткову, а тот и выложил, что есть специальные поезда, которые возят замаскированную атомную ракету! И сразу стало ясно, про какой ночной поезд болтают в посёлке и что лейтенант-ракетчик делает в Кротове…

Он тогда очень удивился.

Вот тебе на! Никогда бы не подумал, что под боком творятся такие серьёзные дела! А теперь его знакомят с мутным-премутным типом, и тот с места в карьер начинает искать подходы к этой, якобы железнодорожной части! Ну и ну!

Его прошиб холодный пот.

Сурен Гаригинович родился в прошлом веке. В одна тысяча девятьсот тридцать восьмом году. Он ещё помнил, как обходились со шпионами и их пособниками.

Да и родственниками тех и других до седьмого колена! Ну и сука этот Пармезан!

— Так как вино? — весело переспросил Василий Фёдорович. — Вам нравится?

— Хорошее, — хрипло ответил Сурен Гаригинович и отхлебнул из бокала.

Сейчас, конечно, не те времена, сейчас всё можно. Раньше, если бы он в американский банк хоть три рубля перевёл, заживо бы шкуру сняли! Другие времена. Вон, по телевизору показывают — и шпионов оправдывают! Только за атомные секреты и сейчас сошлют на Колыму, а имущество конфискуют, всё прахом пойдёт!

— А зачем вам эти военные? — так же хрипло спросил он.

 — Часть эта уж больно серьёзная…

Сотрапезник небрежно махнул рукой.

— Мне их серьёзность не нужна. Мне канал поставки товара нужен.

Василий Фёдорович понизил голос и доверительно наклонился вперёд.

— Особый товар. Очень хороший навар приносит. Но перевозить его трудно стало. Сейчас везде террористов ищут: машины проверяют, поезда перетряхивают… Откупаться — никаких денег не хватает! Поэтому мне нужен поезд, который никто проверять и досматривать не будет!

«Наркотики», — облегчённо вздохнул Сурен.

Разговор переходил в обыденную и привычную сферу. У каждого свой бизнес!

Официант принёс запечённую в тандыре[15] утку с яблоками, здесь же, у столика, умело её разделал и красиво выложил куски на блюдо, обложил распаренными, сморщенными яблоками.

Василий Фёдорович забраковал несколько соусов, наконец остановился на кисло-сладком, китайском.