Атомный поезд

— У них там два часа, рабочий день в разгаре, — сообщил Василий Фёдорович Сурену, пока устанавливалось соединение. Трубку сняли после второго гудка. — Здравствуйте, это Василий Столяров из России, — громко сказал он. — Речь идёт о моём деловом партнёре… У него заморозили перевод во втором коммерческом в Манхэттене… Да, подозревают грязные деньги. Но я за него ручаюсь и прошу освободить счёт. Да, сейчас он сам скажет, включайте запись… — Василий Фёдорович протянул сотрапезнику трубку: — Назовите все реквизиты счета и данные того, на кого он оформлен.

Чувствуя себя полным идиотом, Сурен Гаригинович начал диктовать. Всё это походило на беззастенчивую лоховскую постановку, обычный развод на деньги, которыми так богата современная российская действительность. Единственное, что успокаивало, что он не дал этому тёмному типу ни копейки и не намерен давать их в дальнейшем. Больше того, даже за этот ужин пусть сам платит!

Закончив диктовать, Сурен вернул аппарат.

— Я ничего не слышал, — выразительно сказал он. — Ни одного слова. Ни по-русски, ни по-английски, ни даже по-армянски!"

"Василий Фёдорович не заметил сарказма. Или сделал вид, что не заметил.

— Конечно, там шла запись. У вас есть доверенные лица в Нью-Йорке?

Сурен хмуро кивнул. Всё понятно. Запись, автоответчик, отключённые телефоны. Знакомое дело: тот, кто хочет взыскать долг — легко тебя находит, кто собирается отдать — никак не дозванивается и не застаёт дома.

— Два адвоката занимаются этим делом. Сумма немаленькая, Василий. Полтора миллиона!

— Они вам сообщат об успехе уже в ближайшее время.

— Если дозвонятся…

Сурен был настроен скептически. Но Василий Фёдорович ободряюще улыбнулся.

— Обязательно дозвонятся!

Подтянутый официант принёс жаренную с луком куриную печень, фаршированную раковыми шейками. Они выпили за знакомство и приступили к еде.

— Так какой у вас ко мне вопрос?

— Очень простой! — Василий Фёдорович указал рукой на бутылку, и тут же появившийся официант вновь наполнил бокалы. — В Кротове находится воинская часть. Мне надо познакомиться с кем-нибудь из командиров. На худой конец — с любым офицером. Давайте выпьем, вино мне нравится. А вам?

Сурен сидел с отвисшей челюстью.