Армагеддон: Омнибус

И главное он знал, как выпутаться из сложившейся ситуации.

— Сконцентрировать огонь на стволе! — крик сержанта перекрыл грохот автоматической пушки и звук мелтагана. А сам он направил лазерный пистолет на бугристый ствол в центре заболоченной поляны.

Растение измельчили, поджарили и разорвали в клочья градом снарядов автопушки, испепеляющих лазерных разрядов и адским жаром мелты. Вихрь кроваво-красных лепестков заполнил поляну тёмно-красными хлопьями, похожими замороженные капли плазмы, которые зависли в воздухе, словно пролитая растением кровь.

Кровососущие лианы безумно заметались над головами охотников, когда ствол, в котором находилось подобие нервной системы, был уничтожен. Рудиментарным ганглиям по всей длине смертоносных побегов перестали поступать сигналы, что они должны быть чем-то большим, чем обычные растения и они, наконец, замерли.

Цепкие лианы-вампиры и три их несчастных жертвы повисли. Неподвижное тело Тремейна упало в воду. Коул бросился к лейтенанту.

— Он жив? — коротко спросил Бориско.

— Жив, сержант, — спокойно ответил Арно.

Несколько секунд спустя ругавшийся Вандеркамп самостоятельно выпутался из ловушки и спустился на землю. Павле видел, как из крошечных уколов на их открытых лицах и руках сочилась кровь.

Но Раус не спустился. Тело разведчика висело там же, где и раньше, изо рта фиолетового распухшего небритого лица высовывался толстый язык. Растение задушило его. Вампирская лиана забрала ещё одного из Парней Бориско.

— Снимите его, — приказал сержант. — Он не должен висеть, как труп какого-то дикого орка.

А затем уходим отсюда. Кобург, ты понесёшь нашу “шишку”.

Йодль посмотрел на висевший и покачивающийся между ветвями труп и сделал большой глоток из потрёпанной плоской фляги.

— Да, — пробормотал он, ни к кому конкретно не обращаясь, — вы должны уважать Зелёнку. И как только вы перестанете её уважать — именно в этот момент она укусит вас за задницу.

Шестнадцатая глава

Нексус

Наступившая ночь тёмно-фиолетовым саваном окутала планету. Вольфрам всматривался в тёмно-синее небо.

Чёрные полосы охряных загрязнений пятнали небесный свод. Ещё выше, за пределами стратосферы парили созвездия. В красно-рубиновом свете визора они выглядели брызгами крови из огнестрельных ран. Он думал о том, какие из этих пятнышек света корабли Солемнского крестового похода. Он думал о том, какую роль избрал для них Император, и что ждало их в поражённых порчей джунглях. Он думал о том, какое отношение ко всему этому имеют орки Кровавого Шрама.