Арника. Путь к счастью

 — Но чем старше будет становиться Яна, тем опасней ей здесь будет. Повезёт, если сбережёт себя до четырнадцати, тогда может и сваты придут. А ежели нет…

— Да ты с ума сошла! — я даже подскочила со скамьи. — Какие четырнадцать? Ей учиться надо, жизнь хоть немного увидеть! И что значит если сбережёт?

— Сядь! — строго приказала травница. — Ты что думаешь, здесь как и на Земле, до совершеннолетия тянут? Может и тянут, но только знать. А в деревне всё проще. Выдать замуж стараются раньше, чтобы избавиться от рта лишнего. В деревне дети познают взрослую жизнь с пелёнок.

— Какой ужас, — прошептала я, закрывая лицо ладонями.

Страх змеёй заполз в сердце и свернулся клубком. Даже представить не могу, чтобы Яна так рано замуж вышла. Да состарилась к тридцати, рожая детей.

Как уберечь? Как спасти?

— Я должна увезти дочь отсюда, — хрипло произнесла я.

— Время у тебя немного есть, так что не думай пока об этом. Учись лечить людей, не пропадёшь в городе с такими знаниями. Да хотя бы в аптеку работать пойдёшь, всяк копеечка какая.

Травница смотрела на меня абсолютно спокойно. Она привыкла. Или смирилась… Ведь даже тогда, в военное время, было более цивилизованно. Но как к такому можно привыкнуть? Я не смогу, просто не справлюсь. А значит, я любыми способами просто обязана вырваться из деревни.

Обед мы доготавливали молча, каждый думая о своём.

Когда жаркое подоспело, травница достала чугунную кастрюлю из печи и поставила на деревянную подставку посреди стола.

Я же нарезала хлеб.

— Баба Веся! Баба Веся! — донеслось с улицы.

А следом раздался стук в дверь и на пороге появился чумазый подросток лет тринадцати.

— Что тебе, Фонька? — усмехнулась мама, расставляя чашки для еды.

— Так дядька Владимир послал. Сказал, чтобы пришла, да поглядела, какую часть взять.

— Тьфу, забыла совсем, — всплеснула руками женщина. — Как быть то. Так, Арника, бери Янку и идём, знакомиться со старостой. Нечего мужика по нескольку раз отвлекать.

— Так что сказать-то? — мальчишка спрашивал у травницы, но смотрел на меня. С любопытством.

— Иду я, иду, — буркнула женщина.

— Баб Весь, а вам дров наколоть не надо? — тихо спросил подросток.

— Что? Опять? — травница покачала головой и развернулась в сторону сундука. — Грядку мне прополешь за это.