Алмазная пыль

В конце концов, окончательно обнаглевшие уроды устроили военный совет прямо под дверью его купе.

– Чего там, что за лошина?

– Военный, с привесом.

– Что за волына?

– Офицерский ПМ, наверно. Им на службе другого не положено.

– И чего тебе бакланил?

– Бает, что у него какие-то бумаги особые, за которые любого в расход пустить может.

– Он чё, за лохов нас держит? Баклан золотопогонный, – прорычал один из отморозков.

Сообразив, что просто так это не кончится, Николай достал из кобуры пистолет и, не скрываясь, передёрнул затвор.

– Эй, военный, ты чего задумал? Не дури, не только у тебя волына имеется. Лучше скажи, что за бумаги везёшь? Поведёшь себя по-умному, в долю возьмём.

– Эти документы интересуют только генштаб. А они с вами торговаться не станут. Так что отваливайте, пока головы целы. Я не шучу. Сразу говорю, даже предупредительных не будет. Стреляю на поражение.

– Совсем охренел, вояка грёбаный?! Да я тебе задницу на британский флаг порву, лошина подзаборная! – раздался в ответ рёв возмущённого отморозка.

Недолго думая, Николай выстрелил в сторону, откуда слышался голос. Пробив стенку, пуля прошила плечо одного из братков, отбросив его к окну. Испуганно охнув, кто-то шарахнулся в сторону, а где-то в своём купе заголосила запертая проводница.

Бесшумно откинув стопор на дальней части двери, Николай резким движением открыл дверь, наводя пистолет в открывшуюся щель.

Пользуясь тем, что все нападавшие оказались по одну сторону двери, Николай быстро убрал стопор и, распахнув дверь, взял их на прицел. Понимая, что бежать им некуда, отморозки медленно попятились по коридору.

Держа их на прицеле, Николай продолжал медленно наступать на группу, уверенно загоняя их в тамбур. Отлично зная, что для своих делишек они запирают обе проходные двери вагона, он загнал их в тамбур и свистящим от злости голосом приказал:

– Открывай входные двери, живо.

– Ты чего задумал, военный? – растерянно спросил раненый браток.

– Увидишь, – жёстко усмехнулся Николай. – Открывай, пока я вас прямо тут не положил.

Стоявший ближе всего к двери отморозок быстро развернулся и, распахнув дверь, растерянно оглянулся на Николая.

– На колени, – прорычал он, вскидывая пистолет.