Алмазная пыль

Заплатишь ей сама. Всё ясно?

Судорожно кивнув, тётка испуганно покосилась на двери и, бросив быстрый взгляд на сыновей, кивнула ещё раз с таким усердием, что в купе раздался хруст её позвонков. Кивнув в ответ, Николай вышел из купе и, подойдя к проводнице, начал что-то ей тихо говорить. Зелёная купюра не самого крупного достоинства быстро перекочевала из рук в руки, и проводница решительно направилась в сторону его купе.

Энергично открыв дверь, она быстрым взглядом оценила обстановку в купе и, решив, что с бабищи можно смело содрать больше, чем с её попутчика, с ходу взяла быка за рога.

Уже через десять минут всё было решено. Семейство перекочевало через два купе от него, а Николай остался единовластным хозяином своего временного пристанища."

"Получив у проводницы постельное бельё, он запер дверь и для надёжности привязал её за флажок запорного устройства к крепежу верхней полки. Уже не раз в новостях говорили, как вагонные воры, пустив в купе усыпляющий газ, обворовывали спящих пассажиров.

Открыв окно, Николай забрался на вторую полку и, положив пистолет под подушку, уснул.

Двое суток прошли спокойно, но на третьи в вагоне появилась та самая четвёрка, что пасла его на вокзале. Но теперь к ним прибавился ещё один персонаж. Парень в форме сержанта милиции, с планшетом на боку, с решительным видом прошёл по вагону и, увидев Николая, спокойно пьющего чай в своём купе, твёрдо заявил:

– Ваши документики, гражданин.

– Шёл бы ты своей дорогой, сержант, – вяло огрызнулся Николай, показывая ему офицерское удостоверение, но не давая его в руки.

– Ну-ка поближе, – потянулся сержант, но Николай оказался быстрее.

Решительно убрав удостоверение в карман, он легко поднялся с полки и, возвышаясь над коренастым сержантом почти на голову, тихо прошипел, с ненавистью глядя на тупого представителя закона:

– Исчезни, ментёнок, пока я не рассердился. Военнослужащие не по вашему ведомству.

– Вы, гражданин, не особо нарывайтесь, – растерянно проговорил сержант, медленно отступая в коридор.

– Я при исполнении, кретин.

Пристрелю, и мне за это ничего не будет. За те документы, что я везу, сотню таких, как ты, в расход пустят, – продолжал шипеть Николай, ловко выдавливая его в коридор.

Едва только сержант переступил порог купе, Николай ловко захлопнул дверь и быстро запер её на замок. Прислонив ухо к двери, он внимательно вслушался в то, что происходило в коридоре. Но братки даже не пытались скрываться. Николай ясно расслышал их шаркающие шаги в коридоре.