Алиби для землеройки

Степан вынул телефон и через короткое время заговорил:

– Привет! Можешь немного времени уделить? В нашем деле неожиданно всплыло твое имя… Хорошо, давай по «Зуму».

Глава двенадцатая

– Вилка! – обрадовался полный мужчина. – Надеюсь, больше не злишься на меня за жвачку в волосах? Я ею в тебя швырялся – нравилось слушать, как ты от злости шипишь!

– Привет, – ответила я. – Тебя не узнать.

– Эх, раскабанел маленько, – покачал головой Рома, – люблю вкусно пожрать. Очень рад тебя видеть! Степа, в чем проблема?

– «Папа Карло»… – начал Дмитриев.

– Тю! – перебил его друг детства. – Ты еще вспомни, как мы на железную дорогу ходили и на спор перед поездом пробегали!

– Жуть… – испугалась я.

– Все живы остались, – махнул рукой Роман, – Господь дураков бережет.

– У тебя в «Папе Карло» работали девочки, – продолжил Степан. – Кто они?

– Буратины? – опять развеселился мужчина. – Стриптизерши. В то время такие девки просто у шеста вертелись. В основном это были бывшие спортсменки. А я придумал театр! Папу Карло играл Никита – ты его вряд ли знаешь, он не из нашего двора, вообще не москвич.

– В качестве Папы Карло у тебя работал этот Никита? Фамилию парня помнишь?"

"– Да ну! Меня тогда персональные данные не волновали. Другое требовалось: умение бойко плясать, общаться с публикой, внешний вид, речь нормальная. Ну и справка из вендиспансера, что триппера, сифилиса и всего такого нет. Папы Карло у меня часто менялись – одни сами уходили, других я выгонял, – потом Никита появился, он не один год проработал. И у Буратин ротация была бесконечная. Они потанцуют месяц, найдут себе мужиков из посетителей – и досвидос! Я не дергался – подтанцовок море, парней тоже полно.

– Гуляева? – предположил Степан. – Дочка генерала? Жила с родителями в кооперативе. Ей запрещали с нами общаться, да разве Люсинда слушалась!

– Она самая, неудавшаяся балерина. Училище за плечами, да никто на работу не взял.