Александра (СИ)

К засечной черте стали стягиваться отряды боярского и дворянского ополчения. Кадетский Корпус уходил не в полном составе. Старший курс шёл весь. Младший курс, шли только те, кто достиг возраста 16 лет. Остальные оставались. Уходила сформированная рота солдат, вооружённая ружьями. Покидали столицу с развёрнутым знаменем, под барабанный бой. Народ провожал их. Многие крестили моих кадетов и их наставников, благословляя их. С Корпусом уходил и пятитысячный отряд тяжёлой кованной конницы под командованием князя Долгорукого.

На этот раз командование объединенным войском Великим Князем было поручено мне. Князь Воротынский, которому изначально хотел Василий поручить войско, неудачно упал за неделю до выхода с коня и сломал ногу. На вопрос бояр почему мне поручается командовать армией, ибо ходить под женщиной невместно, такого никогда не было, Государь задал один вопрос:

— У меня пока что, только два генерала. Но один лежит в госпитале и взять на себя руководство не может. Остался второй генерал.

Недовольные предпочли заткнуться. Ибо знакомится с палачом никто желанием не горел.

Воротынский лежал в моем госпитале. Он чуть не плакал, когда я пришла попрощаться с ним.

— Сашенька, ну вот скажи, за что мне такое наказание?

— Значит так было угодно всевышнему. Не волнуйся, княже.

— Справишься, Сашенька?

— Справлюсь. Иначе быть не может.

— Пусть Господь и Пресвятая Богородица не оставят тебя. Я буду молится за тебя, Царевна.

Простилась со свекровью. Она обняв меня и поцеловав в лоб, спросила:

— Дочка, что тебе не сидится? Ты женщина. Наше дело дома сидеть, детей рожать, за хозяйством смотреть, да мужа ждать. А ты всё мечешься.

— Мужа моего убили, матушка. Поэтому ждать мне некого. Скоро наступит час истины. Или я вернусь с победой или не вернусь. Тогда моё дело продолжат другие. И мой сын в том числе.

Простилась со свёкром. Он перекрестил меня. Со мной уходил и Василий, муж Елены. Она стояла на крыльце зарёванная.

— Сань, — шептала мне на ухо, — прошу тебя, возвращайся. Как я здесь без тебя?

— Лена, здесь ты остаёшься с родными тебе людьми. Вяземские стали нашей семьёй. И, конечно, я вернусь. Верь в это.

В одних фургонах везли порох, бомбы, картечь, шрапнельные снаряды. В других амуницию, кирасы, бумажные патроны для ружей. Мои солдаты не носили пороховницы. Я сразу сделала упор, что заряды насыпались в бумажный патрон.