Альбигойский Крест. Сенешаль Каркассона

Прихожане уже покидали церковь, времени на спокойную и незаметную беседу у них практически не оставалось."

"– Теперь, самое главное. На последнем королевском совете его величество приказал, чтобы ты со своими людьми удерживал Каркассон, Терм, Нарбонн и Фонфруад. Эти оплоты католицизма пока еще надежно закрывают переходы из Арагона и не выпускают большие отряды мятежников из горных крепостей Керибюс и Сен-Поль-де-Фенуйе. Воины вынуждены практически поодиночке просачиваться на равнинные местности или уходить через Арагон и Фуа.

Но, это долгий переход, он занимает несколько месяцев. Если мы сможем вывести графа Раймона-Роже де Фуа из игры, повстанцам придется идти еще западнее, через Комминж или Беарн, а это, еще два или три месяца пути…

– Да-то Бог, чтобы его светлость де Фуа внял голосу разума и вышел из коалиции… – перекрестился сенешаль.

– Вот. А теперь, мы переходим к самому ответственному моменту нашей беседы. Ты и только ты должен отправиться к графу де Фуа и поговорить с ним.

– Я? Чезаре, ты меня поражаешь! Меня же прикончат раз двадцать по дороге, я не успею доехать до Памье, как моя голова будет прочно насажена на копье какого-нибудь катара!

– Риск есть, и он велик. Но, только тебе граф может поверить или, хотя бы, прислушаться к твоим словам. Тем более, что это будет королевское предложение…

– Не понял…

– Очень просто. Хвала Вседержителю, что у нас есть такой проницательный король, как Филипп. Ты скажешь графу, во время охоты или застолья, сам выберешь момент, что его величество чтит и уважает старинные кутюмы и не посягает на его горные аллоды, но равнинная часть графства издревле подчинялась франкским монархам.

Граф, а он не дурак, поймет, что хитрить и лавировать у него дольше не получится. Он задумается, а ты, вскользь, заметь, что от него надо пока только перекрыть свои перевалы с Арагоном, да направлять наемников не повстанцам и графам де Сен-Жиль, которые обречены, а королевскому сенешалю.

– Мне? Ты полагаешь, что граф согласится? – Удивился де Леви. – Клянусь мессой, что ты придерживаешься слишком поверхностного мнения о его светлости де Фуа.

– Возможно, мой друг. – Согласился Чезаре. – Но, насколько мне известно, граф всегда с уважением относился к тебе, он считал и продолжает считать тебя, Ги, одним из благороднейших и порядочных сеньоров среди нашего крестоносного сброда, который появился в Окситании вместе с покойным Симоном.