Академия Ранмарн

— Плывем на берег, — с улыбкой предложила я, — не привыкла быть в воде долго.

Мы развернулись и целенаправленно двинулись к остальным рабочим на берегу, прихватив по дороге испуганную Идит с полными слез глазами. Плеск позади показал, что они следуют за нами. Вскоре мы очутились на берегу, рабочие вышли следом, не сводя с нас напряженных, пьяных глаз.

Вин действовала профессионально. Вышла, не выказывая и намека на страх, прошла, села рядом с остальными, взяла у одного бутылку и сделала глоток из горла.

— Иди, — хрипло приказал один из рабочих, чуть толкнув меня в плечо.

Пришлось подчиниться. И вот мы втроем сели рядом под пристальными взглядами работяг, которые расположились вокруг. Было страшно, даже жутко, но тут Вин громко рассмеялась, и остальные рабочие тоже.

Я прислушалась — Вин рассказывала, какие хлюпики у нас, дневных, парни, и как они вопят, стоит чуть пальчик поранить. Вскоре хохотали уже все, включая и нас с Иди. Но Вин, Вин была на высоте, она сумела сделать то, на что не решились бы многие — она разговорила рабочих. И те с достоинством рассказывали, какие травмы получали, показывали огромные шрамы, иногда пересекающие весь торс, а мы испуганно и восхищенно охали и восторгались их силой и мужеством.

Несмотря на жуткий внешний вид, рабочие оказались неплохими парнями одного с нами возраста, правда, жизнь у них была невеселой.

— А вы хорошие, — сказал лидер Ашот, рядом с которым сидела Вин. — Хочешь получить настоящего мужчину, а не слюнтяя? — с вызовом спросил он, положив руку на ее обнаженное колено.

Я испуганно вздрогнула, потому что уже видела подобный взгляд у Киена и знала, чего хочет рабочий, но Вин поступила как профессионал.

— Ашот, — она мгновенно погрустнела, — я не рабочая… — Они все мгновенно напряглись. Вот и конец, с грустью подумала я, но Винен не зря была читающей души. — Я не рабочая, — повторила девушка с грустью, — поэтому не могу выбирать, с кем мне быть. Наши судьбы решают за нас родители, нам выбирать не дано… — Сказала она это с такой тоской в голосе, что невольно навернулись слезы.