Академия пурпурной розы (СИ)

— С чего вы вообще взяли, что на место преступления пустят посторонних?

И тут меня снова осенило.

— Посторонних, может, и не пустят! Но по счастливой случайности в нашей Академии преподает сын главы Тайного сыска Королевства. А по еще более счастливой случайности он — наш с Дженни друг детства. Я уверена, что Олав Шеппард не откажется нам помочь!

Глава 46

Гордон снова невозмутимо принялся за еду, когда удостоверился, что все дальнейшие действия переложил на наши с Морвином плечи. Ему оставалось только ждать нашего решения — к кому же из почти двухсот обитателей Академии пурпурной розы, если считать преподавателей и административных работников, он должен влезть в голову.

Пока он лучился самодовольством, мы с моим огненным магом коротко обсудили план дальнейших действий и сошлись на том, что он идеальный — позволяет убить сразу нескольких зайцев.

Заверили Гордона, что имена он получит в скором времени.

— Ну что? — спросила сестра, вяло ковыряя ложкой остатки каши.

— Клянется и божится, что они с Сол ни при чем. Поэтому мы решили пойти в комнату Мэри-Энн и поискать какие-нибудь улики там. Поможешь? Ты у меня такая глазастая!

— Если надо, то конечно…

Отлично! Дженни не заметила подвоха в моем слишком источающем энтузиазм голосе. Оставалось, чтоб вторая часть плана тоже прошла без сучка без задоринки.

Морвин вернулся минут через двадцать, подсел к нам, оседлав скамью, и проговорил тихо с загадочным видом.

— Девушки, путь свободен! Идемте.

На подходе к женской башне нам не встретилось ни одной ищейки. И внутри тоже. Как ему это удалось? Коридоры были тихими и гулкими — ни души.

Комната Мэри-Энн оказалась в самом низу башни, крайняя у двери в общую гостиную.

Морвин осторожно приоткрыл дверь и заглянул первый.

— Ну что? — спросил у кого-то внутри.

Я услышала как всегда спокойный и уравновешенный голос Олава:

— Отправил их перекусить у меня в кабинете, на кафедре. Ребята с рассвета на ногах, проголодались. Думаю, полчаса у вас есть.

Дженни резко затормозила прямо передо мной и зашептала страшным шепотом:

— Я туда не пойду!

Я сложила руки на груди и напустила грозный вид.

— Да кто ж тебя спрашивать будет? Я тебя сейчас в комнату панцирем затолкаю, если будешь проход загораживать.