Академия пурпурной розы (СИ)

Может, свежим взглядом он заметит что-то, чего не замечали все мы? Я решила как следует постараться и вспомнить как можно больше подробностей.

— Был месяц март. Я очень хорошо запомнила, что март, потому что Светлячка не было в замке. В этом месяце он обычно становится очень беспокойным, и тетя переносит его обратно в нижний мир, откуда произошли псы-оборотни. Проход в этот мир — у нас под Замком, но его надежно завалили папа с мамой, потому что там опасно. Так что путешествовать между мирами сейчас можно только с помощью тетиной магии перемещения.

Она каждый год отводит Светлячка туда, оставляет на недельку, чтобы он… пообщался со своими соплеменниками, а потом снова возвращает домой. И вот был, значит, месяц март… да…

Я снова запнулась. Перед глазами потемнело, холод сковал все тело. Пальцы озябли, и я принялась согревать их дыханием.

Морвин отобрал их и спрятал в своей теплой ладони — как раз одной хватило на все сразу. Мягко поторопил:

— Просто расскажи все, что помнишь, Ледышка.

Я сделала над собой неимоверное усилие и разомкнула стиснутые зубы.

— В-в… в том-то и дело, что ничего не помню. Маленькая была… Мама оставила нас с Дженни на пять минут одних в детской, поиграть. Как она потом сокрушалась! Говорит, привыкла надеяться на Светлячка, да и три года — все-таки не такие уже несмышленые… ну и оставила.

— А потом?

— А потом маму словно в грудь толкнуло беспокойство. Она уже была на полпути к детской, как услышала громкий рев Дженни. Сестра в детстве была жуткой плаксой, это из меня звука лишнего было не вытянуть…

— Что твоя мать увидела, когда вошла? Что первое?

— Хм… сначала она увидела распахнутую дверь, хотя она ее точно закрывала.

И розы… Замок ледяной розы выпустил очень-очень много шипастых ветвей, они оплели весь потолок, и стены, и несколько вонзились в пол рядом с нами. Выглядело жутковато — но мама никогда не боялась Замка. Он добрый, он бы не причинил нам вреда. Просто… наверное, тоже напугался рева Дженни. Я много раз пыталась вспомнить… что случилось в комнате, когда ушла мама. Бесполезно! Бесполезно. Темный провал. Наверное, память блокирует плохие воспоминания — мне слишком стыдно.

— Стыдно за что?

Я закусила губу, подняла лицо вверх, к ночному ветру, и часто-часто поморгала, чтобы не разреветься.

— Я обожгла сестру. У нее на руке был ожог. Сильный. Мама вылечила и потом неделю без сил пролежала. Не понимаю, как я так могла! Наверное, Дженни хотела отобрать у меня игрушку, а я рассердилась… и распахнула Сферу.