Академия пси-хов: внушить, влюбить, убить...

— Дай ей умыться, поесть, этакой-то дряни нанюхалась, как только в уме осталась! Я уж по-всякому выветривала, чтобы девочка отдышалась нормально.

Я улыбнулась, поднимаясь. В голове было на диво светло и ясно.

Серебряного платья поблизости не наблюдалось. Зато меня нарядили в лунную ночную рубашку. И такую… прямо неглиже. Тонкие бретельки, воздушное кружево с лунным отливом — я непроизвольно огляделась в поисках халатика. Но ничего подобного не нашла."

"Старушка принялась расставлять блюда, а я поскорее шмыгнула в душ.

Однако долго отмываться не получилось. В голове возникали вопросы, хотелось узнать, что там во дворце и как движется операция в Академии.

А еще не давало покоя, что сейчас мы находимся в спальне хозяина замка, а вовсе не в той, которую отвели мне.

Не успела я выйти из ванной, как была подхвачена сильными руками.

— Ой! — только и смогла пискнуть, ухватившись за мерцающую серебром шею.

Нет, чешуи на ней сейчас не было, но кожа словно светилась по-особенному.

— Не представляешь, как я испугался, когда понял, что не чувствую тебя, — прошептал на ухо Наареш.

— А я как испугалась, — выдохнула. — Думала, меня искать не будут…

— Как это?! — рыкнул Наареш. — Весь дворец перевернул, голову Кронвальда еще раз прочесал, чтобы понять, что упустили.

— Не в том плане… а что хватятся, только когда ты вернешься в Лунный. Отец ведь считал, что я отправилась туда.

— Отец, может, и считал. Но я сразу почувствовал. Только найти тебя…

За разговором он успел уложить меня на кровать, склониться сверху… совершенно не двусмысленно.

— Прости, но больше я ждать не могу, — прошептал. — Не чувствовать тебя — это мучение. Я должен всегда знать, где ты находишься.

— Спрячешь в сокровищницу? — фыркнула я. Ох уж это драконье собственничество…

— Спрятал бы с удовольствием, — согласился он. — Но свою жену дракон и так всегда чувствует. Настоящую жену.

Последние слова были сказаны с теми самыми глубокими, чуть хриплыми завораживающими интонациями, от которых мурашки разбегались по плечам и груди.

— А Линна? — пробормотала. Мысль, что старушка в любой момент может появиться, признаться, смущала.

— Духи дома всегда знают, когда и куда не стоит заходить. И ничего не делают вопреки желанию своих драконов, — прошептал серебряный, проводя пальцами по моей щеке, губам.