Академия надежды

Голоса, рассказывающие о своей жизни и смерти, звучали, казалось, со всех сторон, я растворялась в них, напрочь позабыв, кто я и где нахожусь. Я будто плыла на волнах боли и страданий, и уносило меня все дальше, выбраться не получалось. Как ни пыталась сосредоточиться, ничего не выходило, внутри было холодно и пусто. Куда меня несло, не понимала, что-то рассмотреть вокруг не удавалось – скопление бестелесных созданий окружило так плотно, что невозможно было увидеть, что там, за ними.

– Софи! Софи! Не уходи, вернись ко мне.

Он ко мне обращается? Кто это? Я что-то ему обещала? Значит, нужно возвращаться. Понять бы еще, куда и как. Холод и пустота постепенно уходили, захотелось согреться в окутывающем теплом голосе, что говорил и говорил, повторяя одно и то же. Что ж, обещания надо выполнять, а для этого надо постараться вернуться. Но куда?.. Пути не видела, шла на голос, он манил, обещал и дарил надежду.

– Софи, иди ко мне.

Стало хорошо, даже жарко – призраки исчезали, растворяясь в охватившем меня огне. Заметив яркое зарево, поняла, что туда идти не надо, там ничего хорошего меня не ожидает, голос, родной и любимый, звучал с другой стороны. Не задумываясь, что делаю, развернулась и поплыла на зов, моля всех богов, чтобы он не замолкал, иначе я снова потеряюсь в пустоте.

Сарж. Имя всплыло внезапно. Я улыбнулась – память начала возвращаться, оттеснив воспоминания жертв. Внутри забурлила сила, и я точно вынырнула на поверхность, хватая ртом воздух. Открыла глаза, отыскивая вампирессу, ей наверняка так же плохо, как и мне. Но странное дело, я лежала на кровати в лазарете Академии. Рядом сидела Нойра, бледная, с синевой под глазами, ее обнимал… Нарай? И подруга доверчиво прижималась к нему, словно греясь.

– Как мы здесь оказались? – выдавила из себя, скривившись от хриплого и скрипучего голоса, в горло будто песка насыпали.

– Магистры успели открыть портал в тот момент, когда вас с Нойрой уложили на алтари, а нас приковали к стене, решив сделать следующей жертвой, – начал рассказывать Сарж.

– Дорреш, – вспомнила я. – Там был наш магистр? Он хотел стать ректором.