Академия надежды

Осознав новость, я подскочила на кровати и прыгнула на парня, обняв его, как коала. В порыве благодарности чмокнула парня в нос. Прижав меня к себе, Сарж с легкой ехидцей заметил:"

"– Мне, конечно, весьма импонирует такая реакция моей девушки, но тебе лучше одеться, я все-таки не железный.

– Ой, – сообразив, в каком я виде – коротких шортах и топе, едва прикрывающем грудь, быстро схватила свою одежду и скрылась в душевой.

Лицо горело, дышать вдруг стало нечем. Запоздалый откат накрыл с головой. Пришлось принимать холодный душ и лишь потом, окончательно придя в себя, мыться теплой водой.

– Софи, ты там утопиться решила? Я тоже хочу умыться, – поторопила меня вампиресса.

Спешно одевшись, уступила место подруге. За то время, пока я плескалась, народу в комнате прибавилось. Нарай, Суорт и Тарш, устроившись прямо на полу, пили чай с пирожными, которых после той прогулки в город осталось совсем мало. Надо бы пополнить запас, если не забудем.

– Все, я готова. Уходим, пока не набежали страждущие.

К воротам передвигались крадучись, как воришки, боясь быть застигнутыми на месте преступления. Такое поведение насмешило Тарша, и он не удержался от вопроса:

– Сарж, а ты точно все уладил? Иначе зачем нам скрываться?

– Так мы от студентов прячемся, достали, сил нет, – досадливо скривилась вампиресса.

Я толкнула ее в бок.

– У вас проблемы с сокурсниками? – продолжил ненавязчивые расспросы некромант.

– Нет никаких проблем, – бодро заявила я, стиснув руку Нойры.

Я врала столь вдохновенно, что верила сама себе. Тарш посмеивался, друзья смотрели с недоумением, а Нойра с легкой обидой. Но никто из них не признался об истинной причине преследования, за что я была им благодарна.

На воротах дремал привратник. Заметив нашу компанию, мгновенно проснулся, недоверчиво окинул всех взглядом.

– И куда это вы в такую рань? – спросил недоверчиво.

– Отдыхать. Вот разрешение ректора на два дня. – Сарж протянул пропуск.

Привратник осмотрел его со всех сторон, едва ли не на зуб попробовал, но все-таки выпустил нас, бурча о нашей несознательности – это надо же, разбудили его в такую рань!

Смеясь, мы выскочили наружу и облегченно выдохнули.