Академия любви и ненависти

И обещания им совершенно не при чём, Корделия.

Время замерло. Остановилось. Разбилось вдребезги.

Я посмотрела в серьёзное лицо мужчины, в его зовущие, манящие, такие влюблённые глаза. И столько всего хотелось сказать! Столько спросить! Признаться!

Да нельзя. И так сказано слишком многое.

- Молчи, - шепчу, не отводя от него сумасшедшего взора. - Молчи, Роберт. Ты меня без ножа режешь.

И он сдерживается. Сжимает челюсти так сильно, что скулы заостряются. Но смотрит так лихорадочно, что в душе всё переворачивается.

И хочется наплевать на всех, на всё, включая демоново проклятье, и поддаться эмоциям. Хотя бы раз в жизни выключить голову.

И я так напряжена, так сосредоточена на нём, что буквально слышу, как сильно бьётся в его груди сердце. И так отчаянно, дико, остро хочется подойти к нему, сесть на колени, обнять, впиваясь подушечками пальцев в стальные мышцы спины, притянуть к себе...

Но нельзя.

- Роберт... - шепчу едва слышно.

- Что, принцесса? - отзывается он, сжимая руки в кулаки.

- А если мы.

Представляю, как мы сбегаем и всю жизнь путешествуем по другим мирам. Вместе. Спим бок о бок, целуемся, смеёмся."

"Сработает ли это? Или проклятье и там даст о себе знать, ведь мой дом будет рядом с Робертом? И даже если это возможно, имею ли я право лишить род Осторнов наследника?

Нет. Не имею. Чувства чувствами, но такой поступок сделает Роберта изгоем в собственной семье. Это недопустимо.

Нам не быть вместе.

- Ничего, - шепчу несчастно и как-то неожиданно жалко.

Все мои надежды, всем помыслы, стремления — всё уничтожено жестокой правдой. Ведь я знаю то, чего не знает Роберт. В присутствии Бозтона проклятие сдаёт позиции. И с ним... это удивительно, мы знакомы совсем недавно, но я чувствую себя надёжно и спокойно, уверенно. И до того хорошо, что вполне можно называть это ощущение «как дома». Только вот проклятье не шевелится.

По щекам покатились горячие слёзы, но я по-прежнему смотрела в лицо мужчины, с которым хотела бы разделить жизнь. А вот он смотреть на мои страдания не мог.

Через мгновение я уже сидела у него на руках, уткнувшись в сильную, тёплую шею, и горько плакала. Потому что уже ни во что не верила. Хотела верить, но не получалось.

- Почему жизнь так несправедлива? - спросила, шмыгая носом. - Почему я просто не могу быть с тобой?

Роберт молчал. Долго молчал. И лишь, когда подошло время вставать и собираться на тренировку, поднялся, удерживая меня на руках, и направился в сторону ванной.