Академия чаросвет. Отражение

Вся эта преданность, услужливость, верность не даст ничего, кроме, быть может, соленого огурца — Веник не даст соврать.

Услышав свое имя, пес обернулся.

— Наш Себастиан — исключение, — продолжил разглагольствовать Монтега. — Он получает девушек на правах вожака стаи. Но ты, Ларг, на такого не тянешь. Действовать нахрапом, как Фалько, в твоем случае тоже поздно. Да и нет у тебя этого щенячьего обаяния.

— Тем не менее ты единственный сын рода, а у белых псов наследников не сосчитать, — заметил Ларг. — Так что чья еще тактика выгодней.

— Дело не в количестве, а в качестве, — не унимался Кейден. — Но у тебя не получится быть котом. Свободным, игривым, любвеобильным. Который приходит тогда, когда хочет, а не лежит на коврике у порога.

Ларг насупленно умолк, вцепившись в лямки своего рюкзака.

— Нужна харизма, — сочувственно вздохнул Кей. — Уверенность в себе. Здоровая наглость, опять же. Ты должен знать где-то глубоко в самом сердце, что заслуживаешь всего, чего бы тебе ни хотелось.

Ронда вдруг выругалась, придержала Ларга за плечо, развернула к себе и, притянув ближе, поцеловала.

Монтега споткнулся и чуть не упал. Мы с Басом тоже остановились, не зная, что делать.

Это никак нельзя было назвать дружеским поцелуем, нет. Это был поцелуй, от которого даже Кей покраснел, хоть он и не участвовал.

— Так и было задумано, — сказал он, когда Ронда отпрянула от совершенно обалдевшего Ларга.

— Заткнись, — попросила Ронда и пошла вперед. — Если там не зеркала, а какой-нибудь кусок льда, — донеслось до нас, — то клянусь хвостом красной псицы, я сама построю там дом для нашей птички!

Ларг встрепенулся и побежал за ней следом, забыв и о пройденном пути, и о рюкзаке за спиной.

***

Эльгред Монтега раздраженно смял письмо, но после разгладил его ладонью и перечитал еще раз.

Его сын, наследник рода, Кейден Монтега отправился в ночь.

Эльгред гордился сыном — и не на пустом месте. Он справедливо считал, что дом рыжих котов перейдет в надежные руки. Поэтому, подождав, когда утихнет первый порыв злости, и уняв раздражение, перечитал письмо еще раз.

Младший отправился в ночь. С Мэдерли и Себастианом Альваро, и еще кучкой каких-то молодых дурачков.

Пока его отец крутился ужом в совете великих домов, Кейден заключал свой союз.