Академия \

— Правда? — недоверчиво произнесла Уна, сердито сопя и глядя на него исподлобья.

— Ну, конечно, — серьезно подтвердил Дерек, кивнув головой. — Разве можно просто так выкинуть из сердца и памяти друзей?

— А поступать так с друзьями можно?! — сварливо ответила Уна. Смеющийся взгляд Дерека тотчас изменился, стал колючим, злым, внимательным. Светлые брови его сошлись на переносице, нахмурились, и он очень странным, неприятным голосом уточнил, глядя на девушку с некоторой неприязнью:

— Как — так?

— Зачем ты пошел в техномаги?! — запальчиво выкрикнула Уна.

 — Если бы не это… отец бы взял тебя под свое покровительство.

— Меня взял под свое покровительство сам Алый Король, — резонно возразил Дерек, пожав плечами.

— Но отец говорил, — продолжала Уна горячо, — что помог бы тебе устроиться в жизни!

— Я хочу сам, — отрезал Дерек. — Я хочу всего добиться сам.

— Но зачем таким способом?

— Я очень люблю Алого Короля, — слова юноши прозвучали жутко, как клятва какого-то тайного общества, и Уна передернула плечами.

— Больше меня? — спросила она внезапно, и Дерек беспомощно замолчал, хватая воздух губами. — Ну? Больше?

— Ты потом все поймешь, — он не смог сказать ни «да», ни «нет». — Когда вырастешь. Пока что ты всего лишь маленькая, избалованная донельзя капризная девчонка.

— Я?! — рассердилась Уна. — А ну-ка, поцелуй меня. Живо!

— Что? — оторопел Дерек.

— Поцелуй меня, — дерзко повторила Уна.

Раньше он целовал ее — прощаясь, в щеку, чуть касаясь мягкими губами, приятно будоража ее воображение, но никогда — в губы.

Его словно что-то останавливало, хотя Уна видела — он давно хотел сделать это. Но что-то словно удерживало Дерека от этого шага. И Уна, насмешливо фыркая, понимала: Дерек, упрямый и смелый, который не боится никого и ничего, ее — боится. Боится показаться ей неловким и неумелым, боится, что она рассмеется ему в лицо и оттолкнет. Конечно, ничто не помешает ему потом нацепить холодную маску безразличия, но в сердце тлеющим горячим угольком будет болеть это воспоминание — не смог… не захотела…

И он отступал.

Целовал в щеку и уходил торопливо, наспех попрощавшись.

— Что? Боишься? — насмешливо произнесла Уна, с удовольствием глядя, как стыдливый румянец разливается по щекам Дерека. — И кто из нас тут маленький трусишка?

Она нарочно поддразнила его, чтобы вывести из себя и царапнуть по самому чувствительному месту — по гордости Дерека. Он не терпел этого — показаться кому-то смешным и испуганным. Особенно в ее глазах.