Академия \

"

"Он провел острыми алмазными когтями по защитному куполу и раздался зловещий скрежет, из-под черных когтей посыпались мелкие прозрачные осколки, словно он разодрал стеклянную поверхность. Девушка-некромаг вздрогнула, ее губы зашептали заклятье, невидимая защита затягивалась, восстанавливалась на глазах, заживали разодранные Аргентом царапины.

— Нет-нет-нет, дорогая, — насмешливо произнес Аргент, погрозив некромагу, содрогающейся от боли и страха когтистым пальцем, — не прячься от меня.

Его голос был страшен и ласков одновременно, и Уна на миг почувствовала себя как жертва — испуганная настолько, что завороженная ласковостью этого голоса, она бы с радостью поверила Аргенту и доверчиво шагнула в его губительные объятья.

— Смотри-смотри на своего Аргента, — меж тем шепнул Демьен на ухо Уне, — на безжалостного пожирателя маленьких девочек. Он такой. Да-да!

Меж тем Аргент резко занес когтистую руку над головой, резко опустил, и от его удара лопнула защитная сфера, раскрошилась мелкими осколками, быстро перечеркнутая крест-накрест.

В воздухе свистнула быстрая стрела из светлого энергетического луча, пробила грудь некромага, нанизав ее на светлое древко, и девушка, агонизируя, забилась, словно рыбка, вытащенная на берег.

Уна и Дерек с изумлением обернулись к Демьену. Тот сжимал тугой лук, светящийся точно так же, как энергетический хлыст Игрейны.

— Ну что?! — ответил на возмущенные взгляды товарищей Демьен. — Кочергой быстрее и удобнее… к тому же я не чемпион. Впотьмах, по плохо видной, движущейся мишени я бы точно не попал, а дар мой слаб, ведь за малейшую провинность Его Величество у меня его отнимает.

Я не могу стрелять так часто, как Уна швыряет свои шары. Вот если стану монархом — клянусь: устрою Орден Кочерги, и вы оба станете его кавалерами!

— Почему «если», — произнес Аргент, хладнокровно разглядывая корчащуюся у его ног девушку. — Не «если», а «когда», Ваше Высочество. Отличный выстрел, кстати.

Аргент свистнул, словно подзывал собак, и узкий коридор наполнили нюхачи.

Толкаясь, как нищие в очереди за бесплатной похлебкой, эти жуткие люди навалились на постанывающую девушку. Они тормошили ее, дергали, щипали, и на миг она исчезла под их навалившимися телами. А когда ни отступили, она осталась лежать на грязном полу, усыпанном костяными обломками, содрогаясь и пуская ртом кровавые пузыри. Глаза ее были бессмысленны, словно она только что подверглась самой страшной пытке, которая вытрясла из нее душу и разум.