Айвири. Выбор хранительницы

Я видела Феба, Калеба и Блейна, которые отчаянно сопротивлялись, защищая нас.

- Ты.

Молодой мужчина сразу всё понял. Не стал задавать лишних вопросов, просто полоснул ножом по своей руке и шагнул ко мне, собираясь приложить ладонь рядом с моей.

- Нет не так, - качнула я головой, с трудом отдирая руку от завесы. - Слова знаешь?

- Я же сын антура.

Наши руки соединились, пальцы сплелись и раны соприкоснулись, смешивая нашу кровь.

- Надо будет протиснуться внутрь, - пояснила я, глядя ему прямо в глаза.

Хорошо ширина завесы позволяла это сделать.

Мужчина кивнул.

Легкие толчок, небольшое сопротивление и наши руки в одно мгновение окутал мягкий золотистый цвет.

Древнее заклинание и горечь во рту.

Последнее слово сорвалось с губ и..., наверное, это можно было назвать взрывом. Волной от защитного барьера отбросило всех. И демонов с той стороны, и послушниц с ликанами. Всех, кроме нас. Мы продолжали стоять, зачарованно наблюдая, как от наших рук по всей завесе отходят ярко-красные волны. Всё быстрее и быстрее, пока завеса не налилась кровавым цветом.

Вспышка, ослепляющая глаза, песнь завесы, которая едва не оглушила и резкая тишина. Силы, оставившие нас и хриплое, надсадное дыхание.

Мы с Итаном упали на колени в рыхлый снег, не в силах разомкнуть рук, упираясь лбами и смотря глаза в глаза.

- Ты смогла, - прошептал он и губ коснулась мимолётная улыбка.

- Мы. мы смогли.

- Айвири, я.

- Знаешь, мне кажется убирать из связки меня не станут, - хмыкнула я, перебивая.

- Я бы и так тебя не отдал, - сразу же посерьёзнев ответил Итан.

- Я бы не ушла.

А за нами ярко сияла восстановленная завеса.

Глава восьмая

Если бы всё было так просто.

Подоспевшие Блейн и Калеб помогли нам с Итаном подняться и добраться до крепости. Там меня усиленно пытались отправить в одну из комнат отдыхать. Но я отказывалась. Меня не оставляло чувство, что стоит уйти, и всё изменится, нас всё-таки разлучат.

- Вы зря сопротивляетесь, Айвири, - вкрадчивым голосом произнёс Конрад. - Вам нужно хорошо отдохнуть и прийти в себя после случившегося.

Мы сидели в тёмной комнате, сумрак в которой не разгонял даже дневной свет из окна. Посредине стоял большой стол, вокруг которого - лавки. Кажется, это какой-то малый зал для переговоров, но я особо не осматривалась.

Конрад был сама любезность. Это тоже настораживало. Потому что улыбка не трогала холодных глаз, в глубине которых застыли льдинки. Я в который раз подумала о том, как они с Итаном похожи и как различны.