Айвири. Выбор хранительницы

Встречи становились всё чаще и чаще, пока всё не случилось..."

"Говорят, что они пытались скрыть свою связь, но как это сделать, когда все и всё на виду? Дар пропал, послушница больше не могла помогать другим. А потом она и вовсе сошла с ума и прыгнула с обрыва, когда узнала, что её любимого заточили в темницу.

Проклятье нельзя остановить, когда-нибудь безумие накроет и меня, зароется в мысли, затуманит рассудок и убьёт. Я смирилась со своей участью и хотела лишь одного - спасти Итана.

Туниса категорически запретила мне идти к антуру и просить о милости.

- Это бесполезно. Во-первых, он не станет тебя слушать, ты проклята, не забывай. Во -вторых, ты еще слишком слаба и едва держишься на ногах. До антура может и дойдешь, но там свалишься без чувств. Ничего не добьешься и себе навредишь. А в-третьих, твои слова ничего не значат для них, уж прости за откровенность. Пойду я. Меня они услышат, -заявила ведьма, одеваясь.

Мне только и оставалось, что сидеть и беспомощно следить за её сборами.

- Пообещай, что спасешь его.

- От этого зависит и моя жизнь, - отозвалась ведьма, стоя в дверях. - Не переживай, всё будет хорошо. А ты отдыхай. И самое главное, не забывай принимать настойки. Тебе нужны силы, если ты хочешь помочь Итану.

Туниса вернулась ближе к вечеру. Бледная, уставшая, она закрыла дверь и прижалась к ней спиной, закинув голову назад.

- Что? Не получилось? - срывающимся голосом спросила у неё, медленно поднимаясь со своего ложа.

- Получилось, - продолжая разглядывать потолок, отозвалась Туниса.

- Но у нас есть время, чтобы придумать еще что-нибудь, - произнесла я, вздохнув с облегчением.

Время - это хорошо. Можно было успокоиться хотя бы на время.

- Есть, - кивнула Туниса, выпрямляясь и снимая с шеи платок. - Мы справимся. Ты как? Настойки выпила?

- Уже получше. Всё выпила. Жара нет, но слабость никуда не делась.

- Ничего, это пройдет.

- Точно всё в порядке? - уточнила я, внимательно её изучая.

Бледная кожа, бездонные глаза, синяки под глазами и обескровленные губы.

- Да, - отозвалась она, подходя к столику и наливая себе воды. - Всё нормально... просто... дар давит, - закончила Туниса и повернулась ко мне. - Теперь приходится страдать за двоих. Сейчас посижу немного и будем ужинать. Хорошо?

- Да.

Но несмотря на все заверения, усталость и слабость не проходили.

Так прошло еще три дня, а самочувствие не улучшилось ни на каплю.