Отбор для Темной ведьмы

Я залечил раны, но вернуть ее в мир живых у меня не вышло.

С этими словами маг распахнул передо мной дверь в маленькую комнатку."

"На кровати лежала, подозреваю, та самая отбитая у разбойников пленница. Девушка, вернее, девочка, едва-едва вышедшая из подросткового возраста, – худенькая, светловолосая, безжизненная. Но она все еще дышала, и я чувствовала, что ее душа до сих пор присутствует в теле.

Только вот от жизни в ней почти ничего не осталось.

Рядом с ней, забившись в угол, плакала еще одна. Давно уже плакала, и ее силы тоже были на исходе.

- Она уже на полпути в Чертоги Мертвых, и я не могу ее вернуть. Но Старая Сизза, говорят, не чуралась Темной магии... – Маг вновь растерянно потер выбритый висок. – Светлой тут уже не помочь, поэтому…

Уставился на меня.

- Ясно! – коротко сказала ему. – Значит, Светлые надеются на помощь Темной... Неожиданно, если не сказать больше!

Так вот зачем им понадобилась ведьма!

Подошла к кровати, взглянула на девушку и… Неверяще уставилась на ее бледную, словно у утопленницы, руку.

- Рассказывайте уже до конца! – попросила его. – К тому же вы все равно меня связали заклинанием молчания, так что…

- Ее зовут Йоханна из Дома Матрен. Она ехала на королевский Отбор, но попала к Соловью. Ее метка погаснет через пару часов.

- Почему?!

Взгляд мага помрачнел.

- Ее лишили невинности.

Кивнула.

- Приступлю, но мне нужно, чтобы вы вышли из комнаты и не входили, пока я не закончу. А еще, пусть принесут мои вещи.

Мне вовсе не хотелось, чтобы в них копались посторонние!

Уходить маг не собирался. Протестовал, мялся, пытался остаться, но я все же его выставила. Заявила, что хуже, чем сейчас, Йоханне уже не станет.

Наконец, закрыла за ним дверь, поставила магический купол, после чего вздохнула свободнее. Села на кровать, прикоснулась к руке девушки, затем закрыла глаза, входя в привычный транс.

Я уже много раз делала подобное в Обители, когда к нам приходили за утешением или справедливостью. Коснулась ее сознания – убегающего, ускользающего, придавленного ужасом произошедшего.