Айвири. Дилогия (СИ)

— Правильно! — радостно взвизгнула девица, победно улыбнувшись.

— Я прошу вас! — вскрикнула я, пытаясь встать, но сил всё еще не было. — Не надо. Не наказывайте князя и народ. Они не виноваты. Всё я. Если уж вам так необходимо вынести приговор, то можете обрушить весь гнев на меня.

— Потрясающая жертвенность. Князья ведь тоже знали, не так ли? Они все знали и прикрывали Рогнара? — спросил Итан, игнорируя мой взгляд и слова.

Ответить на это было нечего.

Мелькнула постыдная мысль, солгать, попытаться выгородить их, но я её тут же прогнала.

Нет, хватит лгать. Будет только хуже.

Ох, папа. Теперь за твоё решение будут отвечать все тридцать княжеств.

Да поможет нам Лаари.

— Галия, — ликан повернулся к притихшей девушке. — Блейну лучше?

— Да, но Итан…

— Отлично. Для транспортировки он готов?

— Итан, послушай, — снова попыталась вмешаться подруга.

— Я задал вопрос, Галия. И жду чёткого ответа, — резко оборвал её мужчина.

И она сдалась, сжавшись и склонив голову.

— Да, готов.

Ликан повернулся к Фебу.

— Подготовить обоз для перевоза целительниц и Бейна в обитель, как можно скорее. Её тоже отправить, — сухо велел он, явно намекая на меня, и повернулся, чтобы уйти.

— Пожалуйста, не делайте этого, — взмолилась я, чувствуя, как слёзы быстро побежали по щекам.

Мужчина остановился на мгновение, качнул головой и ушёл, уничтожив даже малейшие надежды на помилование и хоть какое-то снисхождение.

— Закон для всех, — торжественно провозгласила блондинка и поспешила следом за ликаном.

Итан Ларкас

Джил не отставала. Пробежала по коридору, ускоряя шаг, и вошла в комнату, игнорируя закрытую дверь. Кажется, она что-то говорила, объясняла, одобряла… радовалась?

Да, несомненно нотки какого-то странного злорадства Итан отследил и заметил. Слов не разобрать, а тон поймал.

Насторожится? Нет, не этим сейчас голова забита, а сердце кровоточило.

— Уйди, — сдавленно прошептал мужчина, застыв у окна, опираясь ладонями о широкий подоконник.

Ногти против воли удлинялись, оставляя на дереве едва заметные полосы.

Девушка запнулась, недоверчиво переспросив:

— Что?

Честно говоря, в этот момент ликану было плевать на вежливость и прочее. Внутри всё болело от боли, зверь выл, оглушая, сердце ныло, а разум всё никак не хотел принять правду.

Айвири послушница… Как такое вообще возможно?

— Джилия, — склоняясь еще чуть ниже и чётко выговаривая каждое слово, повторил мужчина. — Оставь меня, пожалуйста. Уйди. Сейчас.