Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

Он для него как пограничная полоса, между кошмаром у госпожи Клаусийлии, борделем — и нормальной жизнью. Конечно, пожалела его тогда госпожа Айрин, но… В его затопленном любовью мозгу все равно теплится вера, что Эйн купил бы его и без госпожи. Он ведь такой добрый, точно купил бы.

Да, побежать вслед и убедиться, что все хорошо… А, главное, успокоиться самому, как бы это не эгоистично звучало. Потому что каждый из этих шестидесяти ударов плетки он как будто прочувствовал собственной спиной. Особенно — учитывая, кто выступал в роли воспитателя.

Но Верхнего повели к Айкейнури. И если он сейчас вбежит к ним в комнату, то может увидеть… То, что видеть абсолютно не хочется. Верхний, трахающий Дэйна — зрелище уже привычное. Но Айка… Нет, лучше просто не знать, не думать и не знать.

— Вилайди, котенок, не расстраивайся…

Госпожа Айрин ласково провела большим пальцем у него по щеке, от крыльев носа, по скуле вниз, к подбородку. Ей почему-то всегда нравилось гладить его именно так.

Не полной ладонью, как остальных. Казалось, она смахивает у него с лица веснушки. Обычно в этом жесте была нежность старшей сестры, но сегодня…

Вил поднял вопросительный взгляд на свою госпожу, и горячая волна прокатилась по всему телу — сегодня на него смотрели как-то иначе. Почувствовал, что краснеет, и тут же отвел глаза в сторону и в пол, а руки госпожи продолжали ласкать его тело, шею, плечи… Матерь Сущего!

— Правда же, Вил очень милый, да, Кэйт? Особенно, когда смущается?

Айрин подняла голову Вила за подбородок и заставила посмотреть на Кэйтайриону.

От оценивающего взгляда жены своего Верхнего парня бросило в еще больший жар. Закрыв глаза, он попытался успокоиться, вспомнить все, чему его обучали в Джордане. Но последние два года это как-то никому не было нужно, практики не было вообще, да и теория немного подзабылась."

"Ласковых рук на теле стало четыре. Госпожа Айрин ласкала примерно так же, как это делает Верхний. Еще бы, ведь пока они не переехали в отдельную комнату, все происходило при ней… Грудь выгибалась навстречу привычным ласкам.

А на спине, плечах и, главное, пояснице — самую отзывчивой к поцелуям Верхнего части тела — разгорался теплый пожар от ноготков другой девушки. И этот пожар быстро охватывал всего парня, даже пятки, казалось, стояли на раскаленных углях. А где-то внизу живота начинал распутываться клубок тягучей сладкой ваты, поднимающийся вверх и заполняющий сознание.