Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

Мы оба это знаем… нас с детства этому обучают… Я помогу тебе, Шайнэ…

Прижмусь приоткрытыми губами… вот так… лизну твердую бусинку, вберу губами, посасывая…

Да, милый… я чувствую, как ты расслабляешь напряженные мышцы, теперь очередь второй горошинки…

Чуть-чуть прикусить… снова напрягся… и сразу же поцеловать, зализывая несуществующий след от зубов… расслабься…

Совсем не больно, это просто игра…

Не все умеют играть по правилам, не все получают удовольствие без запаха страха, примешивающегося к возбуждению и терпкому мускусному запаху похоти… Но ты же сам помогал мне понять простую истину — когда нет стыда и страха, можно сойти с ума от удовольствия, а почему нет?

— Ну вот… мой хороший, теперь считай…

— Один…

Удивлен… ладно не буду дразнить.

— Два…

Страшно… ну и достаточно…

Шайн сглотнул, по лицу парня пробежала тень, ощущение чужого присутствия почему-то воспринялось с обидой и облегчением. Радоваться или огорчаться?

— Не бойся, без лубриканта не трону…"

"— Я могу потерпеть…

— Ты уверен?

— Да, госпожа…

Не сегодня, мой хороший…

Кэйт обернулась, взяла открытый тюбик с кровати, быстро выдавила на пальцы.

— Продолжим? Ты готов?

— Да, госпожа.

— Считай…

— Два…

— Дыши ровнее, не нервничай, я остановлюсь… — Кэйт прижалась щекой к груди парня. — Можешь опустить руки. Лучше обними меня.

— Три… Четыре, госпожа, — поправился раб, напрягаясь…

— Достаточно, выдыхай… — шепнула Кэйт, больше не делая попыток вторгнуться, только лишь лаская и растягивая скользкий от смазки вход…

Шайн охнул, и Кэйт тут же почувствовала, что ей в живот упирается его начавший оживать член.

Ну вот, по крайней мере, один этап преодолели…

— Я не против, если ты для меня кончишь, Шайн.

— Благодарю, госпожа…

— Я хочу поучаствовать, а ты уже можешь сосредоточиться на своих ощущениях…

""А я — на своих"", — мысленно добавила Кэйт, прикрывая глаза. Девушка прижалась всем телом, нежась в сильных объятиях своего мужчины, дыхание которого снова сбилось, потому что она добралась до той точки, стимулируя простату, прикосновения к которой вызывали у раба судорожные всхлипы… Правда, ему уже было не до эстетической подоплеки своего состояния…

— Радость моя, ты как? — спросила Кэйт, погладив Шайна по спине, стирая выступившую испарину и озабоченно заглядывая в лицо мужчины, который все еще стоял, слегка покачиваясь, с закрытыми глазами.

— Гораздо лучше, благодарю вас, моя госпожа, — Шайн разлепил веки.

Он казался удивительно серьезным, и Кэйт нахмурилась.