Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1

Айкейнури тоже спрыгнул с кровати и хлопнул Никки по заднице, придавая ускорение в сторону столовой.

Пока они шли по мужской половине дома, кругом слышался завистливый шепот. Младшие завидовали, что гадский новенький сумел втереться под любимчика госпожи, Верхние злились, что наглый выскочка захапал такого красавчика.

Нэйклийанэ, сидевший в зале, рядом с Шайном, почувствовал необходимость протереть глаза руками.

— Охренеть, — только и смог тихо прошептать он.

А Айк поймал взгляд Шайнэ, и тот грустно помотал головой, давая понять, что пока все не очень радужно.

Ну что ж, госпожа его простит, обязательно простит! Может, и сегодня… Надо только подождать! И уверенной походкой, излучая оптимизм, Айкейнури ввалился в столовую.

В столовой сидели два тщедушных замухрышки, из любимчиков госпожи Эйлиорин. Один из них вчера таскался с ними на вечеринку, как же его зовут-то… Тийка!

И чего это он таким обиженным букой смотрит на виновато улыбающегося ему Ягодку?!

Никки, увидев Тийку с братом, сразу понял, что парнишка сейчас напридумывает себе невесть что.

— Не понял?! — начиная злиться, прошипел старший парень, — а что это сейчас было?!

— Ну, я уже достаточно взрослый мальчик, чтобы не только задницу подставлять, как ты считаешь? — усмехнулся Нийкийнэ.

— Ну… Наверное, да! — заржал Айкки, — То есть, если заскучаю, с вашей парочкой можно будет в паровозик поиграть!

Поев, парни разошлись по своим комнатам, досыпать.

* * *Для Кэйт этот день оказалось еще более насыщенным событиями, чем предыдущий. Как началось с самого утра беготней по дому в поисках каких-то недостающих деталей для костюмов, затерявшихся украшений, взамен тех, что были выбраны заранее, так и продолжалось бедламом на выезде почти до самого отбытия во Дворец.

Дебаты об изменениях в Законе о рабах довели девушку и ее подругу до нервного озноба. В их гаремах было достаточно парней, находящихся в пограничном возрасте, не имеющих никаких льгот и преимуществ, а, значит — и надежды на то, что смогут проскочить тридцатилетний рубеж и жить дальше…

Лейхио, несмотря на то, что для него эта проблема на ближайшее время не являлось актуальной, вдруг разозлился по-настоящему.